— К вечеру закончу, — Ольд выпрямился, вытер лоб рукавом и посмотрел на меня сосредоточенно и серьезно. — Пойдем пробовать. А там, если получится, следующие будем делать куда быстрее, все-таки половину ошибок я уже совершил и повторять их не собираюсь.

— Договорились, — улыбнулся я.

— Гундар, кстати, заходил до тебя, интересовался, — добавил Ольд, возвращаясь к работе. — Я ему все показал, он покрутился тут, потрогал, покивал и ушел. Так что ему можно не докладывать, все обо всём в курсе. Правда, он еще спрашивал, сколько мы успеем сделать за неделю, но я и сам не знаю, потому что пока первую-то не доделали.

— А сколько ему надо?

— Говорит, на стене расставить каждые пятьдесят шагов, — Ольд пожал плечами и хмыкнул. — Но мы-то с тобой понимаем, что столько вряд ли получится…

Мысленно прикинул и согласился, увы, но желаемое не всегда совпадает с возможным. Разместить баллисты равномерно по всей стене это, конечно, мечта, но реальность ее не разделяет. Материалов может и хватит, но вот времени… Да и рук свободных, которые при этом из плеч растут, у нас ровно ноль, все при деле.

По идее я вообще планировал сделать две штуки и поставить их на башни у северных ворот, потому что оттуда лучший обзор и сектор обстрела перекрывает самое опасное направление. Но Гундар, видимо, мыслит шире, и его логику понять можно, начальник стражи думает о периметре в целом, а не о конкретной точке.

Этот момент надо будет обсудить, и лучше не откладывать, все-таки если Гундар уже составил в голове план расстановки, а я приду со своим, мы потеряем время на споры.

— Ладно, работайте тут, — кивнул Ольду и пошел к выходу.

Южные ворота ждут, и если их не сделать сегодня, Хорг меня прибьет, а он такой, что даже не предупредит заранее.

К месту, где частокол еще не замкнулся и где предстояло ставить ворота, я подошел со стороны деревни, через огороды и мимо сараев, и издалека услышал, что работа уже кипит. Хорг со своей здоровенной бригадой не ждал и не собирался ждать, потому что ждать он в принципе не умеет, а если и умеет, то считает это занятие ниже своего достоинства.

Мужики таскали землю на носилках, катали бревна, месили горячий раствор в корытах, и все это происходило одновременно, с шумом и руганью, в облаках пара и грязи. Хорг стоял посреди этого хаоса и орал на какого-то работягу, который, судя по выражению лица, не понимал, за что именно его отчитывают, но догадывался, что сделал что-то не так.

— Я тебе еще раз объясняю! — гремел Хорг, тыча пальцем в тачку с землей. — Между стенами надо суглинок! Суг-ли-нок! А ты мне чего привез? Это вот, по-твоему, суглинок? Это дерьмо, а не суглинок, ты бы еще песку с реки натаскал!

Работяга таращился на свою тачку и молчал, и выражение его физиономии говорило яснее слов, что разницу между суглинком и обычной землей он не видит и видеть не планирует. В его мире земля это земля, она вся одинаковая, и какая разница, чем засыпать пространство между бревен, если сверху все равно все закроется и никто не увидит.

Но Хорг-то понимает, что засыпка между стенами частокола это не просто наполнитель, а часть конструкции. Обычная рыхлая земля осядет и провалится, образуются пустоты, а в пустотах стена потеряет жесткость и при первом же серьезном ударе сложится внутрь. Суглинок другое дело, он плотный, вязкий, его утрамбуешь с известью и он встанет монолитом, никуда не денется и не просядет.

Впрочем, объяснять все это работяге Хорг не стал, а просто ткнул его в сторону нужного карьера и рявкнул так, что мужик подхватил тачку и побежал, забыв даже спросить дорогу. Ну, он ее и так знает, скорее всего, просто поленился идти дальше, и его можно понять, потому что ров ушел вперед метров на тридцать и суглинок приходится аж оттуда, а обычной земли полно прямо под ногами.