— Троянская война. — обречённо ответили ему.

* * *

Изольда Григорьевна направлялась к лестнице и увидела кота. Тот стоял на задних лапах, оттопырив свой широкий хвост, и тщетно пытался достать лапой худосочную тредесканцию, растущую из горшочка на стене. Заметив завуча, он немедленно прекратил своё занятие и увязался за ней.

— Изольда Григорьевна, — обольщающе заговорил кот, — а можно я декорирую коридорчик по своему вкусу?

Завуч не ответила.

— Хочу поставить тут ёлки и берёзы вдоль окон. А по низу пустить натуральную травку. Ну, так что?

Он откровенно увивался вокруг ног Изольды Григорьевны.

— Можно подумать, от моего «нет» что-то изменится. — усмехнулась она. — Вы творите в нашей школе, что вам вздумается, и никого при этом не спрашиваете.

— Вот именно поэтому я и пытаюсь быть лояльным по отношению к вашей школе. — возразил кот. — Так можно?

— Зачем вам это нужно? — спросила Изольда, остановившись.

— Неужели вам нравится это несчастное, заморённое растение?! — изумился кот. — Я хотел бы сделать школьную обстановку более эстетически привлекательной, более романтичной.

— Вот оно что! — с сарказмом произнесла завуч. — Ну полюбуйтесь, идеалист вы несчастный!

Она вынула из кольца-держателя горшочек с неугодной коту тредесканцией и подсунула его под нос несчастному идеалисту.

— Что это?! — поразился кот. — Зачем вы накидали туда камешки?

— Это жвачка, убогий мечтатель! Ученики кидают в цветы использованную жвачку! Вы, очевидно, думали, что имеете дело с ангелами?

— А это что? — продолжал свою познавательную деятельность неугомонный сказочник.

— А это окурки, ваша святость! Только не смейте мне тут говорить, что курение вредно для здоровья!

— А почему вы не поставите им урны для мусора? — поднял он на завуча свои круглые глаза.

— А урны, пригожий мой, они будут просто переворачивать! И содержимое распинывать ногами!

— Кошмар какой! — потрясённо проронил сказочный мурлыка. — Вы хотите сказать, что ваши ученики столь дурны?!

— Вот именно это я вам и хочу сказать.

— И эти маленькие, хорошенькие детишки, с которыми мы по переменам сидим на дубе, потом вырастают в таких монстров?!

— Как вас зовут? — спросила завуч с высоты своего роста.

— Вавила, Ваша Просвещённость. Меня зовут Вавила. Можно и без отчества.

— Дорогой Вавила, мне тут некогда с вами обсуждать мелкие проблемы. Необходимо что-то делать с классами, оставшимися без учителей. А то они школу разнесут.

И она пошла.

— Так я займусь интерьерчиком?! — встрепенулся кот.

Не получив ответа, он пробормотал:

— И это считается у них мелкими проблемами! Бедная Изольда, что с тобой сделали!

* * *

Кабинет истории растворился, словно и не было его. Не было увешанных добротной наглядностью стен. Не было портретов выдающихся людей прошлого над двустворчатой доской. Не было шкафа с книгами. Не было ни окон, ни занавесок, ни полов, ни парт. Особенно не было цветов. И также не было учеников.

Была война. Осада Трои.

В горькой, непередаваемо горькой обиде Ахиллес отказывался выйти и сразиться с троянцами. Его гнев был так велик, что вознёсся до небес. И тучегонитель Зевс поклялся клятвою богов, что отомстит неразумным аргивянам и их верховному вождю, Агамемнону.