— Как вы себе представляете российский фильм ужасов? — спросил некто в чёрном костюме. Он сидел, аккуратно перекинув ногу на ногу, оттого его белые носки выглядели просто вызывающе. Руки в белых перчатках он сложил на коленях. И поигрывал изящной тросточкой.

— Никак. — послушно ответила Антонина. — В России не умеют снимать приличные ужастики. Нет должных спецэффектов. Российский типаж до омерзения занудлив.

— Возможно, вы правы. Но, попробовать стоит. Итак, я продюсер, вы — актриса. Выбирайте образ! Снимаем ужастик в отечественной действительности. Мотор!

* * *

Под голыми и черными ветвями осеннего заброшенного парка торопливо бежала женщина. Она содрогалась от раскатов грома, и судорожные молнии освещали своим мертвенным блеском ее бледное лицо. Одной рукой беглянка прижимала к себе стопку непроверенных тетрадок и неработающий зонт. В другой была сумка с продуктами и белье из прачечной.

«Поймают и убьют!» — думала она, в страхе озираясь.

И не замечала, что ее уже настигло страшное чудовище. Густая, мрачная тень преследовала женщину, бегущую под проливным дождем.

Несчастная вдруг обернулась и испустила душераздирающий крик.

Да, это был он! Граф Дракула! Смертельный ужас вдруг объял ее и сцены собственной недолгой жизни пронеслись перед ее широко распахнутым взором!

Граф был в какой-то старомодной белоснежной манишке, красном галстуке бабочкой и дурацком паричке. С его четырехдюймовых когтей ручьями текла кровь! Своими острыми и длинными, как у секача, зубами он страстно впился в белую учительницыну шею!

С протяжным вздохом она медленно упала наземь.

— Все. Снято. — сказал режиссер, зевая. — И, кстати, Мариванна, я сто раз вам говорил: когда падаете в дубле наземь, падайте не до конца. Вам еще сдавать реквизиты костюмерше, а у нас смета на стиральный порошок вышла еще на той неделе.

«А я-то думала, что актерская карьера — это розовые звезды на Бродвее!» — уныло думала Мариванна. — «А теперь играю в российской деревушке сельскую учительницу, несущую домой на ужин двойки, в каком-то малобюджетном второсортном фильме.»

Так думала она, входя в маленький чуланчик, где для нее снимали комнатку в заброшенной глухой деревне у косой горбатенькой старушки с большим носом и торчащими зубами.

— АААА! — раздался крик за дверью!

Тело так и не нашли.

* * *

— Вы правы. — невозмутимо сказал продюсер. — Сущая дрянь. Никакой фантазии.

Глава 16. Эпохальное сражение

Понедельник начался блистательно. К щетке, нападавшей на входящих, все уже привыкли и покорно подставляли ноги.

Учителя попали под дурное влияние и предпочитали завтракать в кормильне. Являлись пораньше и спешили к горячим пирогам. С неприятным чувством завуч Изольда Григорьевна наблюдала, как они смеются, сидя за столами. И ещё говорят спасибо самовару, принимая чай в расписном бокале! Она лично столовку игнорировала. После приснопамятного посещения специалистов по барабашкам, завуч разочаровалась в передовой науке. Теперь они с директрисой демонстративно пьют чай только из «Мулинекса» и только с печеньем из маркета.

В школе творились безобразия. В канцелярии под пальмой сидела гадалка.

— Отчего у меня деньги утекают, как вода? — озабоченно спрашивала пожилая секретарша Валентина.

— И-ии, милая, — отвечала старая цыганка, — у тебя рука дырявая!

Вместо заболевшей исторички уроки вёл какой-то странный тип в очках — Филипп Эрастович Гомонин.