– Рад твоему благоразумию. Да, смена дежурного отряда уже произошла. Я ведь правильно понял причину, по которой ты хотела задержать нас? Дожидалась, когда поменяется гарнизон?

– Да… так вы поняли?

– Я ж двадцать лет провоевал на границе в составе групп боевых магов. Полагаешь, я не смогу отличить серьезное растяжение от притворства? Но наши интересы совпали очень удачно. Я давно уже искал повод прочистить мозги некоторым, а тут такая удача подвернулась.

– Чего ж тогда вы раньше не вмешивались? – буркнула Ленайра.

– А зачем? – искренне удивился Руорен. – Как показывает мой опыт, пока человек не набьет сам себе все возможные шишки, никакие слова других людей он не воспримет. Так что пусть лучше набивают эти шишки под моим присмотром, чем пропускают мои поучения мимо ушей и позднее все равно найдут проблемы на пустом месте, но уже без присмотра опытных наставников.

– Знаете… у меня был один учитель, который тоже считал, что самый лучший способ научить кого-то плавать – это бросить его в воду. Вы бы с ним нашли общий язык.

– Очень возможно. Вот, кстати, еще плюс твоего присутствия – мы имеем здесь большинство солдат, совершенно точно лояльных нам. Лояльных ведь?

– Их направил мой дед.

– Вот видишь. В случае наихудшего сценария мы можем опереться на реальную силу. Кстати, граф Лонг считает, что никакого предательства нет и нас таким образом пытаются отвлечь от чего-то более важного.

– А вы как думаете?

– Пока стараюсь вообще не думать на эту тему. Думать без фактов бессмысленное занятие, а, составив какое-то мнение, позже уже трудно от него отказаться, невольно начинаешь искать факты в пользу своей теории. Буду смотреть и наблюдать, ребята будут учиться и набивать шишки. – Тут Руорен встрепенулся, углядев кого-то в окно. – О, а вот и наш командующий пожаловал. Рад, что мы поняли друг друга, полагаю, нам еще придется пересечься по этой теме, пока же…

– Понимаю, – Ленайра поднялась, коротко кивнула и вышла, едва не столкнувшись у входа с командующим гарнизоном, которого узнала по описанию, предоставленному в отделении службы безопасности в Таре.

Выглядел он чем-то крайне озабоченным и на Ленайру почти не обратил внимания. Скользнул взглядом, кивнул и скрылся в доме. Девушка на миг замерла на крыльце, разглядывая закрывшуюся за командующим дверь.

– А ведь вы, господин профессор, не верите в предательство и уже составили свое мнение, в подтверждение которого и будете собирать факты… Сами же нарушили свои принципы.

Немного отойдя в сторону, Ленайра глянула в небо.

– Гром! – Птиц рухнул откуда-то с небес и уселся ей на плечо. – Гром, у меня для тебя будет одна работенка, полетать придется много, а потому пока лучше найди какое укромное местечко и отдохни. Силы тебе скоро понадобятся. Уяснил?

– Кар.

– Вот и отлично. Лети, понадобишься – позову.

– Кар-р! – Ворон сорвался с плеча и устремился в сторону какой-то высокой постройки.

До самого вечера скучать никому не дали. Как только появился командующий гарнизоном барон Дерч, сразу все развили бурную деятельность. Ленайра, конечно, подозревала, что ради нее никто не станет выделять целый дом, но все равно оказалось неприятно заселяться в одну комнату с Дирией Карон, которая провожала ее ненавидящим взглядом. В общем-то, стоило признать, что Ленайра сама довела своего… гм… товарища по отряду до такого состояния. Изначально легкая неприязнь и недоверие вылились вот в такое. Геррая даже подозревала, что профессор Руорен испытывал нечто вроде садистского удовольствия, когда думал об их совместном проживании.