Нанджи снял с блюд серебряные крышки. У Уолли потекли слюнки, и желудок заурчал. Супы, запеченная рыба, жареная птица, аппетитный мясной пирог, что-то в остром соусе, овощи, десерты, горячий хлеб, сыры, шесть фляг с вином, пирожные, фрукты. Нет, фруктов не надо, спасибо.

— Здесь, похоже, хватит человек на двадцать, — сказал Уолли, садясь за стол. — Так что я смогу и с тобой поделиться, вассал. С чего бы ты хотел начать?

— Только после вас, мой повелитель. — Глаза Нанджи разгорелись, но он приготовился ждать.

Повелитель приказал ему сесть, и некоторое время они в полной тишине поглощали еду. Уолли не ожидал, что сможет съесть так много, но ведь теперь он — настоящий великан, к тому же — оголодавший великан… Нанджи, как и полагается подростку, не отставал от него; быть вассалом у Седьмого — в этом есть свои преимущества. Когда они немного сбавили темп и начали разговаривать, на столе уже почти ничего не осталось.

— Это будет получше, чем в тюрьме.

— И намного лучше, чем в казарме у младших!

Они засмеялись, и Уолли поднялся.

— Я просплю до утра, — объявил он, — но не знаю — до завтрашнего или до послезавтрашнего. По крайней мере одна из этих дверей всегда должна быть на засове: ведь если меч украдут, мой маленький бог рассердится. Если хочешь, я могу тебя выпустить, иди погуляй где-нибудь, потом ляжешь спать в той комнате. Как хочешь.

Ложиться спать еще рано, но Нанджи не мог заставить себя уйти. Он боялся, что Уолли исчезнет, как сон.

Положив меч на кровать, Уолли собрал подушку в кучу и лег, провалившись в мягкую перину.

— Перина! Это вам не тюремный пол!

Уолли захотелось немного поболтать перед сном, и он попросил у своего нового товарища:

— Расскажи мне про Дикую Ани.

Нанджи опять покраснел.

— Это одна из женщин при казармах, мой повелитель. Рабыня. Она как старый бык, такая же огромная, страшная. Груди как ведра, одноглазая. Она бьется об заклад, что ее никто не изнасилует и никто не сумеет сдержаться, и всегда выигрывает, — он захихикал. — Говорят, что некоторые проигрывают больше, чем поставили.

— Девушка моей мечты, — сонно сказал Уолли. — Ну, а что новички?

— Такая традиция. Мы… Вторые говорят, что они должны доказать свою мужественность. Свою первую ночь каждый новичок проводит с Дикой Ани, — он опять захихикал. — И поэтому я не услышал окончания баллады.

— Не надо, можешь не рассказывать.

— Ничего, — сказал Нанджи, нисколько не стыдясь. — Вот это женщина! Нужен тебе дракон, она будет драконом, грубым и необузданным. Но с новичками она терпеливая и нежная… и подскажет. Ну я, в общем, не знал, как… то есть, куда… — он улыбнулся, припомнив старое, но тут увидел, что его повелитель крепко спит.

Глава 2

На одной стороне меча семеро воинов сражались с семью сказочными чудовищами, на другой — семь дев кормили этих чудовищ. Можно было различить выражения лиц, ни одна поза в точности не повторялась. Уолли не мог понять, как на такой твердый материал нанесли столь точные и изящные линии.

В казармах было еще тихо, на востоке медленно вздыхала заря, готовясь провозгласить день фанфарами лучей. На полу, у самой двери, валялась какая-то груда тряпья, по которой можно было судить, что романтические идеи у некоторых вассалов пересиливают желание провести спокойную ночь в постели.