Глава 6

Со своим старым мечом на спине Нанджи быстро шел к казармам. Новый меч и рапира лежали в футляре, который был у него под мышкой. На ходу ученик обдумывал одну немаловажную проблему.

Новый меч должны вручить ему — кого же он попросит о такой услуге?

Это старинная традиция, хотя в сутрах и не говорится, что она обязательна. Как давным-давно объяснял ему Бриу, молодому человеку, чтобы стать воином, необходима помощь по крайней мере двоих: один станет его наставником, а другой вручит ему первый мы Но практика эта распространилась и на все мечи, даже те, что были куплены или добыты в бою; меч должен вручить кто-нибудь другой. Друг. Не наставник. Кто?

Конечно, можно попросить кого-нибудь из Вторых, например, Даракаджи или Фондиниджи, но сегодня за завтраком все они смотрели на него косо. Бриу пока молчит, но после утренней сцены в его душе несомненно остался неприятный осадок. И, разумеется, каждый воин смертельно завидует Нанджи: еще бы — такой замечательный наставник мало кому попадается. Если попросить Даракаджи, он может отказаться, Фондиниджи — тоже, а если откажется один, его примеру последуют и все остальные… И что тогда?

Вот так размышляя, Нанджи подошел к казармам как раз в тот момент, когда по ступеням спускались мастер Бриу и воин Ландиноро. Вот и ответ — Бриу по крайней мере не сможет назвать его трусом. Он поймет, что Нанджи хочет пойти на мировую. Нанджи сделал знак приветствия.

— Мастер, — начал он. Непривычно было не обращаться к Бриу «наставник», — я хотел бы попросить вас об одолжении.

Бриу окинул его холодным взглядом, посмотрел на меч, потом повернулся к Ландиноро.

— Наглости ему не занимать, — сказал он.

Третий, хмурясь, кивнул головой.

Бриу протянул руку, и Нанджи отдал ему свой меч. Ландиноро осмотрел его.

— Неплохая железка, — сказал Бриу. — Как думаешь, Лано, вручить Ржавому этот меч или проткнуть ему глотку?

Ландиноро усмехнулся.

— После сегодняшнего тебе следовало бы оседлать коня. Хотя, может, и стоит.

— Это купил тебе твой хозяин? — спросил он, взвешивая меч в руке.

— О-он отдал мне меч светлейшего Хардуджу, мастер, — сказал Нанджи, заикаясь. — А я его продал. — Наверное, этого говорить не стоило.

Его собеседники молча посмотрели друг на друга.

Бриу сурово взглянул на Нанджи.

— Да, странный у тебя наставник. Хотя тебе с ним неплохо, не правда ли, ученик?

— Да, мастер.

— Да, мастер, — передразнил его Четвертый. — А мне вот не очень хорошо. — Он все так же рассматривал меч, как будто размышляя. — Крепкая сталь, это точно. Никогда не видел, чтобы человек мог сам идти на Судилище после того, как толстяк отделает его палкой. И он ведь прыгнул головой вперед — знал ты об этом?

— Головой вперед? — переспросил Нанджи. — С Поляны Милосердия? — Это совершенно невероятно — но Шонсу весь невероятный.

— Я тоже никогда не видел такого, — согласился Бриу. — Он раскинул руки, как будто собирался взлететь, как птица. Мы стояли и смотрели, мы видели, как он вышел из воды. Да, нам всем это понравилось, но мы решили, что толстяк все равно с ним разделается. Потом мы пришли сюда, а тут все вверх дном — толстяк уже мертв, а этот маленький грозится открутить мне голову, говорит, что это я дал узнику меч и что сам он не смог бы дойти до Судилища. — Он опять посмотрел на Нанджи сурово. — Ну а ты знаешь, откуда у него этот меч?

«Подопечный не будет обсуждать своего наставника…» Нанджи весь покрылся потом.