— Я думаю, что его это вовсе не интересует! — воскликнул Нанджи.

— Значит, он не будет правителем? — его собеседник прищурил глаза. Он что, уезжает?

Нанджи хотелось куда-нибудь убежать. Куда-нибудь подальше. Можно и в тюрьму.

— Так ты добился своего, да? — спросил Бриу, помолчав. — Ты станешь свободным воином?

— Мастер… Сто семьдесят пятая сутра!

Бриу вздохнул.

— Да, ты не должен говорить о Шонсу. Давай поговорим о тебе. Ты ведь был его секундантом, когда его вызвал маленький? Почему ты разрешил ему сдаться?

Потому что Шонсу подал ему знак, он кивнул. Кивок — это тоже приказ наставника? Можно ли о нем говорить? Нанджи вспотел еще больше.

— Если бы мой господин хотел его крови, он покончил бы с ним одним ударом, — сказал он наконец.

— Согласен. Но секунданты — люди осторожные. Ты гордишься, что принял правильное решение?

Нанджи молча кивнул. Этого хотел Шонсу.

Бриу нахмурился, потом пожал плечами.

— Что ж, я все еще не решил, что делать с этой железкой.

Нанджи смотрел на него с надеждой.

— Открой пошире рот, Ржавый, — сказал Бриу.

Нанджи с облегчением улыбнулся.

В дверях показались несколько воинов. Нанджи подумал, что Бриу подождет, пока они уйдут, но он не стал ждать. Он опустился на одно колено, протянул Нанджи меч и сказал:

— Живи им. Владей им Ей во благо. Умри с ним в руках.

С благоговением Нанджи взялся за эфес и произнес:

— Он станет моей честью и гордостью.

Бриу поднялся, не обращая внимания на удивленные взгляды тех, кто проходил мимо.

— Благодарю вас, мастер, — сказал Нанджи.

— Счастливо, Нанджи, — ответил Бриу. — Может быть, ты этого заслуживаешь.

— Спасибо, мастер, — опять повторил Нанджи.

— Он тебе пригодится.

— Да?

Бриу как-то странно на него посмотрел, а потом тихо сказал:

— Сто семьдесят пятая! — Он повернулся и пошел прочь.

Мастер Бриу был подопечным господина Трасингджи.

Глава 7

Знамена в большой столовой лениво повисли, как будто их сморила полуденная жара. Уолли вошел, сильно, но нарочито прихрамывая: ноги его выздоравливали очень быстро. Тарру здесь не появлялся. В столовой было около десяти человек, они ели стоя, видимо, обед — не официальная церемония. Он направился к столу, за которым сидели трое Пятых. Увидев его, они вскочили, торопясь принесли ему свои приветствия; когда все было закончено, Уолли сел спиной к присутствующим, чтобы показать, как он доверяет им, хотя это было далеко не так.

Достопочтенного Тарру вызвали на собрание священных старцев. Поэтому Пятые решили, что светлейший Шонсу не станет их новым начальником. Они успокоились и вели себя почти дружелюбно.

— Я думаю, ему предложат стать правителем, — небрежно заметил Уолли, — по крайней мере временно. — Он взял булочку, немного мягкого желтого сыра, слуга принес ему кружку слабого пива. Улыбнувшись, глядя на свою вежливо молчавшую, но явно заинтересованную аудиторию. Уолли продолжил: — Сегодня утром я отказался от этого места. У меня есть другой приказ.

— Приказ? — в ужасе повторили сразу двое.

И вот Уолли с набитым ртом вкратце рассказал им свою историю. Не помешает создать вокруг себя некоторую божественную дымку. Он не мог понять, насколько они ему верят.

Потом один из них ушел, пришел другой. Тот, который уходил, по пути перекинулся парой слов с Четвертыми.