Мясо валялось у них под ногами, но псы не обращали на него внимания. Добыча на заборе казалась им более привлекательной. Они даже подпрыгивали в нетерпении, стараясь ухватить за ноги сидящего на заборе. Были они паршивые низкорослые дворняги, но, видно, очень злющие.

Оставшийся внизу уже раскручивал веревку, чтобы перебросить её на ту сторону приятелю, но тот кубарем свалился с забора.

— Сытые, черти! Ничего не выйдет. Не хотят они мяса.

Понурив головы, зашагали назад. Шли молча, говорить было не о чём. Когда выбрались на дорогу, один признался:

— Влетит мне! Я всё мясо из супа вытащил.

— А я, которое на обед б-было, взял, — вздохнул второй.

ПОМЕСЬ ТАКСЫ С ЧЕМОДАНОМ

Виталька всем говорил, что Рекс — немецкая овчарка. Рекс и в самом деле был замечательным псом. С сильными, тяжелыми лапами. Уши стоят, как у немецкой овчарки. Вот только хвост! Хвост Рекса доставлял Витальке немало огорчений. Любому мальчишке известно, что у настоящей овчарки хвост опущен вниз. Прижат к ногам. У Рекса же похож на крендель.

Пока Рекс был щенком, Виталька ждал, что хвост вот-вот выпрямится. Но шли дни, а крендель и не думал раскручиваться…

— Может, Рекс н-не знает, как хвост держать? — высказался Славка. — Давай научим! В-всё равно делать нечего!

И они приступили к дрессировке. Рекса вывели на пустырь. Виталька коротко держал поводок, заставляя пса идти возле ноги. Славка стегал тонким прутиком по хвосту. От удара хвост на какое-то мгновение опускался вниз. Едва он начинал скручиваться, как снова следовал легкий удар. Так повторялось много раз. Наконец при одном виде поднятого прутика Рекс опустил хвост к ногам.

— B-видал? Уже получается! — заликовал Славка.

— Ну да! Что же, так и ходить за ним всё время?

Рекс старался. Рекс не сводил глаз с прутика. Но что он мог поделать? Хвост его не слушался.

— Н-ни черта не понимает! — разозлился Славка и от огорчения больно хлестнул пса.

Рекс громко взвизгнул.

— Эй вы, живодёры!

Они и не заметили ленинградца! Он сидел на столе для пинг-понга и болтал ногами.

— Ты опять на стол забрался?

— Живодёры! Вы ему лучше гирю привяжите к хвосту!

— А чего он хвост так держит!

— Потому что не овчарка! Помесь таксы с чемоданом!

— Ты откуда знаешь? — крикнул Виталька. — Знаток какой. «Не овчарка, не овчарка»… Научим, и всё.

— Ха, научите. Да если тебя бить за то, что ты не японец! Или вон его давай бей! Всё равно он заикаться будет!

— Ну ты, Нева, потише! — вступился за Славку приятель. — Опять получить хочешь?

— П-пусть л-лучше и-и-идет Граммофонихе п-помогает, — буркнул Славка, низко опустив голову.

Олег понял, что обидел Славку. Ишь, как тот покраснел. Вот-вот заплачет. Не стоило так, конечно. И всё это из-за окопа… Все планы рухнули! Разговаривать неохота. Заняты всякой ерундой и не знают ничего. У него беда побольше. Подумаешь, собачий хвост!

— А собачка-то ничего! — примирительно похвалил он. — Лайка настоящая.

— С тобой не разговаривают. Иди к Граммофонихе.

— П-поцелуй её! В-все равно мы её разоблачим! Т-только в сад залезем.

— Вы-то уж зале-зете! — протянул Олег. — А забор? А собаки? Это вы забыли?!

Приятели разом вздохнули. Олег понял, что они не знают, как попасть в сад к торговке.