— Все?

— Броня, — сказал он. — Броня — характерный покров травоядных. Хищник быстр и упруг, его оружие — это оружие нападения. Только те, кто сидит на зерне и листьях, могли захватить целую планету и спрятаться внутри, как это сделали местные жители. Они — не охотники; они те, кто наращивает жир. Как и тетраксы, они производят в машинах свою мертвую и аморфную, подлую и нечистую пищу. Вселенная полна стадами, которые ненавидят действительно живущих существ. Но закон заставляет хищников вести себя осмотрительно. Хищники умные, они способны обмануть всех. Этика стада защищает стадо, но только до того момента, когда к нему подходит хищник. Здешнее стадо уже знает, кто мы такие. Оно боится охотников, которые придут за нами.

— Вы могли бы сложить оружие, — предложил я, — и несколько рассеять эти страхи.

Я понимал, что это бесполезно. Настоящее предложение травоядного. Его абсолютно не заботило, что могут подумать о нем наблюдатели. Он был хищником.

"Хищники — умные, — беззвучно повторил я про себя. — Хищники обманывают всех. Всех без исключения".

— Звездный капитан тоже хищница, — сказал я вслух. — Она прилетела, только что уничтожив целый мир. Не уверен, но у меня есть подозрение, что саламандры тоже были мясоедами. Возможно, я похож на травоядного, однако Военно-космические силы стоят на вершине пищевой цепочки, за это я ручаюсь.

Он продолжал пристально смотреть мне прямо в глаза, его зрачки сузились до тонкой вертикальной щелочки, и теперь меж век полыхало злобное темно-оранжевое пламя.

— Твой тип потерпел неудачу. Ты чувствуешь силу истинного закона и теперь капитулируешь со своей стадной этикой. Ты ищешь равновесия, которого в действительности не существует, и это ослабляет тебя. Когда звездный капитан увидит, что ты в моих руках, она начнет колебаться. Она попытается выторговать твою жизнь и из-за этого колебания потеряет свою собственную.

Я подумал, что здесь он, вероятно, ошибается, но не знал, стоит ли этому радоваться. В действительности я совершенно не представлял, как на что реагировать. Я был смущен и подавлен.

"Всеядные вселенной — объединяйтесь! — подумал я. — Покажем этим охотникам, какими мы можем быть двуличными!" — Кто-то идет, — прошептала Джейсинт Сьяни в заостренное ухо Амары Гююра.

Вормиран быстро обернулся. Он схватил меня за руку, оттащил от стены и поставил между собой и лесом.

— Ты будешь моим щитом, — пробормотал он. — Стой не двигаясь и молчи. Пока ты нужен, я позволю тебе жить. Осторожный хищник никогда не убивает зря.

Это двусмысленное обещание совершенно не показалось мне обнадеживающим.

— Гююр! — раздался из джунглей женский голос. — Я хочу с тобой поговорить.

— Согласен, — отозвался Амара Гююр. — Нам очень жаль, что произошел этот несчастный случай, когда мой глупый дружок от страха потерял голову. Теперь мы все должны действовать вместе. Пожалуйста, выходите.

Я оглянулся по сторонам. Вормиран по имени Каат стоял с одного моего боку, Джейсинт Сьяни — с другого. Ни Хелеба, ни другого вормирана видно не было оба они скрылись в густых зарослях.

Если бы я был более храбрым человеком, то должен был крикнуть капитану, что он приглашает ее в ловушку. Но в действительности я просто лишился голоса.

Я наблюдал, как Сюзарма Лир — явно безоружная — вышла на открытое пространство между двумя большими ярко окрашенными цветками, и сердце мое упало, как только мне представилось, что этот чудесный сад может стать ареной, где императоры Асгарда дают представление гладиаторов.