Диана поднялась.

– Дэниел, – сказала она, – мне надо уйти.

– Что случилось?

– Теперь я знаю… знаю самое худшее. Летучий Голландец – человек, обреченный на вечные скитания, покуда не найдет женщину, которая полюбит его так сильно, что согласится умереть ради него и тем самым спасти его душу.

– И что?

– А то, что Тобес нашел своего избавителя. И это Джонни! Которому всего лишь десять лет. Дэниел, где ближайший телефон?

«30 сентября.

Уважаемый мистер детектив Херси.

Я решил, что дальше делать. Нам дан один-единственный шанс на эту жизнь, а мой вот-вот исчезнет. Короче говоря: я тоже исчезаю.

Сейчас направляюсь в полицейский участок. Оставлю вам это письмо на столе, в конверте на ваше имя, а уж дальше сами решайте. Может, просто плюнете на все это. В конце концов, я и прежде обвинял доктора Диану, а потом хвастался этим, так зачем сейчас придавать значение моим словам?

Зайду к Джонни попрощаться. Это надо сделать. Итак, надолго расстаемся. Последнее „прости“. Навсегда.

Хотите знать, чем сейчас занят? Я в своей комнате, слушаю, как обычно, музыку, а сегодня еще и жгу благовония. Не знаю почему. Просто так надо. В комнате много цветов. Жаль расставаться с ними. Но не с Парадиз-Бей, – нет: я и так оставался здесь дольше, чем надо. Но цветы Южной Калифорнии не забуду до самой смерти.

Простите, если расстроил вас. Вы никогда не делали мне ничего плохого. Вернее, не слишком много. Но я сам не свой. Боюсь доктора Диану. От нее не жди добра.

И последнее. О Джонни. Не смог заставить себя рассказать Диане, как много он для меня значит, и самому мальчишке – тоже, но кто-то должен знать. Он – мой единственный настоящий друг, и я люблю его. Я не причинил бы ему вреда. Знаю, многие, может, даже и вы, подумают, что я просто хотел залезть к нему в штаны. Неправда. Мысль об этом вызывает у меня тошноту. Но… много чего случилось со мной в юности. Случилось очень много дурного. Знаю, что вся эта гадость и сейчас во мне сидит. Сомнительное прошлое. И оно мешает мне жить. Еще одна причина моего отъезда.

Передайте Диане „последнее прости“ от Тобеса».

Диана без устали набирала номер – линия занята. Как можно болтать по телефону, когда их сыну угрожает смертельная опасность? Что же это за родители? Ах да, они же не знают, что Джонни стоит на пороге Долины теней.

Диана накручивала диск телефона. Наконец трубку сняли. Это была Николь.

– Николь… Диана Цзян. Джонни в опасности. Не спускайте с него глаз, вы поняли?

– Да, но… О Господи…

– Слушайте внимательно. Поднимитесь наверх. Удостоверьтесь, что Джонни в своей комнате.

– Но я не могу…

– Сейчас же!

Диана услышала шаги… Это Николь поднимается по лестнице. Диана машинально взглянула на часы. 9.38. 9.38 и 40 секунд. И тут раздался крик.

Джонни увидел, что он стоит на их месте. Стоит в половине десятого. Их время. И он вышел к нему без тени сомнения, как будто никакого скандала вовсе не было. Вышел и сказал:

– Привет, я соскучился по тебе.

И Тобес сказал то же самое. Он крепко обнял Джонни. Потом хотел отстраниться, но мальчик повис на нем. Его нечасто ласкали. Папа не любит нежностей… Джонни крепко прижался к Тобесу и спросил:

– Почему ты так долго не возвращался?

– Дела, понимаешь?

– Да, – кивнул Джонни, хотя ничего не понял.