Доктор до темна занимался с больными, и Фрося постоянно была при нем. Сербин дотянулся до лампы и, выкрутив фитиль, зажег ее, осветив палату мерцающим желтоватым светом. Отрегулировав пламя, он поставил лампу на тумбочку и… вдруг почувствовал на себе пронзительный взгляд… Ошибиться он не мог – годы, проведенные в пластунах, выработали в нем безошибочный рефлекс – всегда чувствовать присутствие чужого, опасного человека. Чувствовать его взгляд, даже через препятствие…

                   Он, не поворачивая головы, краем глаза осмотрел окна и сразу понял, откуда исходит опасность. Он знал, что за этим окном стоит невысокая, скособоченная крестьянская хата, а за нею расположен невысокий увал. Вот с увала и велось наблюдение за его окном…

                   Сербин прикрутил фитиль, погрузив палату в полумрак…

                   Тихо вошла Фросенька, и устало присела на табурет у его койки.

                   - Ой, Ленечка, как же я устала… - сказала она и потянулась к лампе.      

                   И вдруг в окно кто-то тихонько постучал…

                   - Ой, кто там? – вскрикнула девушка испуганно.

                   - Молчи! – рявкнул Сербин и одной рукой (откуда силы взялись?) сдернул ее с табурета на пол. Резко рванув ее койку к себе, он накрыл ею девушку и смахнул с тумбочки на пол керосиновую лампу, которая лопнула с громким треском. Ему пришлось спуститься на пол и присесть за тумбочку. Выдвинув ящик тумбочки, в котором лежали патроны, он лихорадочно набивал барабаны, уже осознавая, что бандиты уничтожили охрану и окружили больницу.

                  В окно снова постучали…. Внезапно оконное стекло разлетелось вдребезги, выбитое ударом приклада.

                  - Эй, ваше благородие, господин хорунжий Сербин, - раздался гнусавый голос из-за стены. – Выходь на уличку, погутарим на свежем воздухе! Или тебе лучше гранатку кинуть, шобы и тебя, и шлюху твою в клочья порвало?

                  Фрося подползла к нему и тесно прижалась к его ноге.

                  - Фрося, - прошептал он. – Подползи к дверям и открой их настежь. Погоди…

 Что там в коридоре, напротив нашей двери?

                   - Еще одна палата. Пустая, - прошептала девушка.

                   - Ее тоже открой и спрячься где-нибудь, где тебя не найдут, в случае чего.

                   Фрося уползла, но через минуту вернулась и, забившись под кровать, опять прижалась к нему, крепко обняв его ногу.