— Ты вымазал меня ее кровью! — пронзительно крикнул он. — Я просил тебя не делать этого, а ты все равно сделал! — Вновь зарыдав, мальчик зарылся лицом в платье Пегги.

Вот теперь она подняла глаза и окатила Эдварда таким враждебным взглядом, что у лорда буквально отвисла челюсть.

— Вы вымазали его кровью?

— Но это была его первая охота, — попытался оправдаться Эдвард. — Принято мазать мальчишек кровью, когда они выходят на свою первую охоту.

— Постойте-ка. Мне показалась, всего минуту назад вы утверждали, что не знали, что для Джерри это в первый раз!

Ничего вразумительного Эдвард ответить не смог и отвел глаза. В ней клокотала такая дикая ярость, что девушке было трудно дышать, правда, Пегги злилась скорее на себя, чем на Эдварда. Если бы она не думала все время о дяде, вместо того чтобы как следует смотреть за племянником, ничего подобного не случилось бы. Преисполненная отвращения к Эдварду, его гостям, но прежде всего к себе самой, Пегги нашла глазами ближайшего лакея и подозвала его.

— Не могли бы вы мне помочь? — спросила она, кивнув на мальчика, припавшего к ее груди. — Джереми нужно положить в кровать, а я не смогу его поднять.

Эдвард немедленно протянул руки, но девушка одарила его испепеляющим взглядом:

— Нет. Не вы. Вы уже достаточно сделали.

— Я его дядя, — заявил Эдвард.

— Вот как? Жаль, что вы не вспомнили об этом раньше. — Пегги почувствовала, что Джереми забирают у нее. Она вежливо улыбнулась лакею, который без слов взвалил ребенка на плечо.

Поднявшись на ноги — при этом она отстранила протянутую Эдвардом руку, — Пегги обратилась к экономке, которая стояла поблизости, не зная, куда девать руки от волнения:

— Миссис Прейхерст, будьте любезны, позаботьтесь, чтобы в детскую спальню принесли горячей воды и обед.

— Конечно, мисс, — отозвалась мисс Прейхерст, сделав книксен. — Мне так жаль, мисс.

— Мне тоже. — Не произнеся больше ни слова, Пегги стала подниматься по лестнице, не глядя ни на кого, кроме лакея с его ношей.

Глава 19

Двумя часами позже Пегги, вымыв и накормив Джереми, дождалась, пока он, наплакавшись, забылся сном. Она оставила мальчика только тогда, когда уверилась, что он заснул крепко, и направилась в свою комнату, чувствуя, что страшно устала, хотя было всего семь вечера. Все, чего ей хотелось, — это принять ванну, пообедать и лечь спать.

Но, войдя в комнату, она обнаружила Люси, которая была занята тем, что расправляла на кровати белое бальное платье. Горничная подняла голову, заслышав шаги Пегги, и облегченно вздохнула.

— Ох, мисс! Я уже было решила, что не дождусь вас. Я слышала, что приключилось с его светлостью. Какой стыд.

— Да, — кивнула Пегги.

Увидев пятна крови и грязи на платье хозяйки, Люси на миг застыла от удивления. Затем она кинулась к девушке, быстро сняла с нее испорченное платье, укутала ее в смешно отделанный перьями халат и усадила в кресло у камина. Пока Люси разбирала ее прическу и расчесывала волосы, Пегги невидящими глазами смотрела на огонь.

— Дважды заходил лорд Эдвард, мисс, — сообщила Люси безразличным тоном, который ей давался нелегко. — Хотел поговорить с вами. Он приказал, когда вы придете, сообщить его лакею. Передать, что вы примете его?

— Нет, — коротко ответила Пегги.

— Знаете, мисс, я понимаю, как вы сердиты на лорда, и совсем не осуждаю вас за это. — Люси энергично работала расческой.