— Дайте нам с князем ещё пару минут. Я ему быстренько нефтяные скважины с перерабатывающим заводиком пристрою, и буду полностью в вашем распоряжении.

Как оба собеседника не поперхнулись, не знаю, но видели бы вы их лица…

— Кхе… Что за скважины? — сумел подать голос Белозёрский.

— И ещё нефтеперерабатывающий завод при них. Причём, с самым лучшим оборудованием, — поднял я вверх указательный палец, акцентируя немаловажную подробность.

— Зачем же продавать такую золотую жилу? — почти сумел скрыть князь свой сарказм.

— Везде хозяйский пригляд нужен, а у меня кадровый голод, — развёл я руками, — Дело предлагаю прибыльное. Одна беда — всё в Башкирии находится. Недалеко от Уфы. А у меня, сами видите, как широко география раскинулась, — взмахнул я левой рукой, а правой покатал коньяк в бокале, согревая его теплом для лучшего аромата.

— Так вы бы наняли себе управляющую компанию, а то, попросту нашли у себя подходящих управленцев, — прищурился князь.

— Это снова хлопоты и оплата неизвестно кому. Опять же, мне не деньги нужны, а конечная продукция. А вам предстоит молодёжь натаскивать и к работе приучать. Первые лет пять особых прибылей не обещаю, так как со мной продукцией завода придётся расплачиваться, а потом — все деньги ваши. И смею заметить, весьма неплохие. Предложение у меня готово, и отчёты за прошедшие годы к нему приложены. Я вас, князь, не тороплю. Прилетите домой и пусть ваши специалисты всё посмотрят. Главное, не затягивайте больше, чем на месяц. А если отказаться решите, то я кому-то из посторонних своё дело предложу, но уже по другой цене и скорее всего, за деньги. Это у нас с вами всё по-родственному, на доверии, а с чужими людьми стоит рот разинуть и ведь по миру пустят, — потянулся я за носовым платком, которым и смахнул несуществующую слезу.

— Ой, насмешили князь, — отсмеялся Белозёрский, уже в свою очередь вытаскивая платок, чтобы промокнуть им самые настоящие слёзы, выступившие от смеха, — Новый анекдот — нищий князь Бережков. Чтоб вы знали, только мои финансисты уже четыре стула сломали, пока о вашем богатстве спорили. Никак не сообразят, как его правильно сосчитать. Надо ли ту же Японию прибавлять, и что с Сахалином делать.

— А стулья-то тут причём? — искренне изумился я.

— Так у них до драк дело доходит, — развёл Белозёрский руками, — Но про добычу нефти я обязательно подумаю. Сдаётся мне, ваш подарок с подвохом.

Ну, так-то да. Угадал князь. Подарок мой не совсем подарок. Да, про прибыль я не соврал. Просто бизнес в Башкирии весьма специфический.

Как только пара башкирских Кланов сообразила, что я, после глубокой переработки нефти, получаю совсем другие деньги, чем они от продажи сырья, так начались мелочные наезды. С учётом того, что все судьи и начальники полиции даже в районных отделах там выходцы из местных Кланов, то понятно, что отбиваться приходилось иногда не по разу в день. Кусали по мелочам. Так, что и за руку не схватишь, и головой об стену не постучишь. Выходило чересчур хлопотно.

Степан пару раз порядок наводил, но показательной порки хватало на пару месяцев, а потом всё начиналось заново. Если бы не крайняя нужда в качественном топливе и смазочных материалах, то я бы давно всё продал.

Короче, к башкирским Кланам у меня появилось немало счетов. Пусть и мелких. Мне ими заниматься не с руки, а вот молодым волчатам из Клана Белозёрских самое то будет, чтобы крепость зубов проверить и самоутвердиться.

А через пять лет, когда качественные масла у всех появятся, да мой комбинат на Сахалине достроится и на полную мощность выйдет, то я и сам свои потребности легко перекрою.

Оставив озадаченного князя размышлять, я двинулся ближе к гостям.

— Теперь я в вашем распоряжении, — повернулся я к Мещерскому.