Умный всегда найдёт, как выпутаться из трудного положения, а мудрый в него никогда не попадёт.

В этот раз я решил попробовать стать мудрым.

После прихода аккредитива в поход отправятся пять японских эсминцев и три грузовых парохода.

Изначально я предполагал отправить два торговых судна, которых вполне бы хватило, чтобы доставить пехотные части и технику до Новой Зеландии, но тут Чурин виноват.

Стоило мне с ним связаться по вопросу новозеландского сухого молока, сыров и масла, как тут же завертелась такая карусель, что хоть вешайся.

Наверное, зря я решил взять у него консультацию. Теперь придётся раскошеливаться на молокозаводы. Купец тут же заявил, что это золотое дно, почище соусов, и даже попытался мне перечислить, что можно будет изготовить, и какую прибыль получать.

Слушать я не стал. Всего лишь спросил, сколько один молокозавод стоит.

Однако… Да, уж… Это точно молокозавод, а не какая-то верфь или электростанция? Но срок окупаемости таков, что, в принципе, можно забыть про цену…

Ах, да. Наверное стоит объяснить, почему эсминцев выйдет пять, если мы с новозеландцами договорились на четыре, два из которых они купят. Оставшиеся два будут работать по контракту, с японскими командами на борту.

Путь слишком уж далёк. Лучше я лишний раз сгоняю пятый эсминец, но он доведёт обратно караван из трёх пароходов в целости и сохранности. Там у меня не только груз будет, но и перегонные команды с двух эсминцев, которые навсегда оставят свои корабли в Новой Зеландии.

И тут опять стоит задуматься.

Количество государственных верфей в Японии сейчас прилично сократилось. Основных причин две: — нет нужды в столь большом военном флоте, и на помощь кораблестроителям пришла техномагия. Пока не слишком серьёзная. Всего лишь клёпку мы заменили нашей диффузионной сваркой. И вроде бы — расход Силы при этом сумасшедший, зато какое качество и какова скорость работ!

Мой орденоносный японский адмирал своим глазам не поверил, когда увидел, какими темпами теперь умеют вырастать корабли.

А главное — какие и из чего!

Стальные листы стали, с большим содержанием никеля и молибдена, да к тому же прокатанные под высочайшим давлением.

Дорого? Да. Но зато не ржавеет в морской воде. Проверено, и показано недоверчивому адмиралу.

Очень дорогой корпус судна нужен потому, что в него будет устанавливаться не менее дорогая начинка.

За основу нового поколения боевых кораблей мы взяли японский эсминец "Акидзуки". Вооружение у него идёт по последней версии этих кораблей: восемь скорострельных орудий, калибром сто миллиметров и длиной ствола в шестьдесят пять калибров, сорок восемь автоматических пушек, калибром в двадцать пять миллиметров и четыре пулемёта, калибром в двенадцать с половиной миллиметров.

С пулемётами мы чуть отошли от классики, но лобаевские, вписывающиеся в метрическую систему калибров, оказались даже лучше, чем пулемёты Тип-93, которые использовала японская армия.

И это, пусть маленькая, но моя победа. Понемногу, но всё используемое нами вооружение, переходит в метрическую систему, напрочь отказываясь от дюймов и непонятных калибров, типа семь целых шестьдесят две сотых миллиметра.

Для этого есть свои причины и очень существенные.

Попробуйте рассчитать конструкцию нового оружия, если там болтаются вот эти самые лишние два знака в десятые миллиметра. Куча лишних вычислений и большие заморочки для рабочих, связанные с инструментальными измерениями. Не стоит забывать, что про десятичные дроби многие из будущих токарей и фрезеровщиков узнают лишь во время в ремесленном училище.