— Инфицирование происходит, конечно, всеми путями — и дыхательными, и через пищевод, и через кожные покровы… Наиболее эффективным, с учетом ее низкой жизнестойкости, полагаю второй. Конечно, если распылить зараженный состав в виде воздушно-капельной смеси, это будет наилучший способ применения, но у террористов, я надеюсь, нет авиации и воздушно-выливных аэрозольных приборов…

— Чего нет — того нет! — хмыкнул Сидоров. — Это я вам гарантирую! У них только ушные капли!

— Усилить охрану водозабора! — распорядился Ястребов.

— Уже дважды усиливали! — ответил направленец на городские коммуникации. — Работники водоканала жалуются, что мешаем им работать!

— Потерпят… Спасибо, Климентий Георгиевич, вы нам очень помогли, — сказал первый зам. — У нас еще психоаналитик… психологический портрет врача-пособника террориста.

— В письменном виде! — зашумели собравшиеся, не слишком-то доверявшие душещипательным изысканиям отделения психоанализа.

— Хорошо. Последнее, в свете информации эксперта — о погоде. Моим дежурным заместителям — отслеживать прогнозы. Сейчас у нас минус восемь. Кто слушал прогноз?

— Через неделю обещают оттепель… — сказал, ни к кому не обращаясь, начальник контрразведки.

И все оглянулись на заиндевевшие нарядные окна.

В широком людном коридоре управления Шубина поджидал референт начальника службы контрразведки, человек пожилой, неприметный, тихий, в скромном костюме и неброском галстуке. У Шубина было такое ощущение, что референт служит здесь со времен царя Гороха.

— Антон Юрьевич очень просил вас зайти к нему сейчас, — сказал референт, не глядя в глаза Шубину. — Он готовит заявку на задание для вашей службы и хотел бы обсудить некоторые детали…

— Что ж… пойдемте… — вздохнул Шубин, прощаясь с мыслью об отдыхе перед заступлением в ночь. Сегодня он должен был быть дежурным заместителем руководителя штаба операции «Эскулап». — Если день не задался — то до самого конца!

Глаз у «падре Антонио» был наметан.

— Расстроены, Александр Александрович? У Кречетова были…

— Да так… пустяки, — отговорился Шубин. — Ряд своих мелких вопросов.

— У нас с ССБ вопросы всегда одни и те же… — вздохнул начальник службы контрразведки. — Ваши хоть не грозят напрямую государственной изменой, как у меня это обычно бывает. Что думаете делать?

— Что делать? — пожал плечами Шубин. — Одному придется строго указать… другому выговорешник влеплю. Ну а третьего буду гнать взашей из службы… скотину!

— Вот и решение кадрового вопроса… Никак нельзя оставить?

— Как там оставишь — прямое нарушение контракта! Пусть радуется, что у нас не принято государственных служащих под суд отдавать!

— М-м… да… Но жизнь, как говорится, не остановишь. Я вот тут посидел, полистал этот психологический опус… портрет биофизика. — Антон Юрьевич тряхнул распечаткой. — Совсем неглупая вещь, я вам скажу. Наш эксперт сегодня называл его гением, а здесь как раз утверждается, что он тоже человек… Он должен уехать из города, Александр Александрович! И если у него есть близкие люди — он должен их вывезти! Сейчас не время отпусков, не сезон. Разве что куда-нибудь в Египет…

— Это легко проверить через ОВИР! — забывая огорчения, зажегся идеей Шубин. — Звоните Сидорову!

— Уже позвонил.