— Хочешь пойти поискать ее? — спросил я. — Какое-то время вполне смогу продержаться и без тебя.

— Ага, размечтался, — ответил он и хлопнул меня по плечу.

«Добрый знак», — подумал я.

— Так ты хочешь пойти или нет? — спросил я.

— Нет, — ответил он. — Сама вернется, если пожелает. Не собираюсь за ней бегать. А если честно, так мне вообще до лампочки, вернется она или нет.

Зато мне было не все равно. Без нее с Лукой было интереснее.

— Ты после скачек останешься? — спросил он.

— Если хочешь спросить, собираюсь ли я слушать концерт, тогда нет, не собираюсь.

— Прямо отсюда едешь домой?

— А почему ты спрашиваешь? — Я надеялся успеть заехать на обратном пути в больницу к Софи.

— Думал, подбросишь. Мы приехали на ее машине. А она уже наверняка умчалась домой, не стала меня дожидаться. Вообще-то мы собирались остаться на концерт, но теперь как-то не хочется. — Он ненадолго умолк. — Лучше уж заскочить к ребятам в клуб электроники, посмотреть, чего там нового. С неделю там не был.

«Неужели, — подумал я, — прошла всего неделя с тех пор, как я отдал микрокодер Луке и тот отвез его в клуб?» Мне показалось, что целая вечность.

— Конечно, — кивнул я. — Я тебя подброшу, но только до станции. Хотел еще заскочить к Софи, если не будет слишком поздно.

— Годится, Нед, — сказал Лука. — Оттуда поездом доеду прямо до дома. Без проблем.

Я пытался вспомнить, какие станции есть на пути к Хай-Вайкомб.

— Могу подбросить до Биконсфилда, — сказал я. — Это мне по дороге.

— Не, не надо, — сказал Лука. — До этой станции добираться целую вечность. Могу поехать поездом прямо отсюда. Без проблем.

— Ладно, — сказал я и испытал облегчение. Хотя все равно придется поторопиться, чтоб успеть в больницу к вечерним новостям.

Последний забег вечера являл собой спринт на пять восьмых мили для «девственниц»-двухлеток. Слово «девственница» в данном случае не имеет отношения к полу животного, здесь могли бежать и жеребцы. «Девственницей» в мире скачек называли лошадь, которая еще не выиграла ни одной скачки. Многие из этих лошадей вообще впервые находились на ипподроме, уже не говоря о том, что никогда не выигрывали. Только у одной из лошадей, выстроившихся на старте, были приличные показатели — она дважды приходила второй, а в одной из скачек всего на метр, даже меньше, отстала от успешной двухлетки, звезды сезона. И, естественно, когда начали принимать ставки, Ист Империал шел фаворитом при высоком соотношении.

— Даже не думай сегодня вырубать Интернет, — строго предупредил я Луку.

Он не стал ничего отрицать. Просто стоял и смотрел на меня с раскрытым от изумления ртом.

— Закрой рот, а то мух нахватаешь, — сказал ему я.

Он тут же закрыл.

— Но откуда ты узнал?

— Тут не надо быть семи пядей во лбу, — заметил я. Однако, если честно, наверняка я, конечно, не знал. Просто догадывался. И, похоже, догадка моя угодила в цель. — Ты же у нас гений электроники. И вы с Ларри оба авантюристы. Любите похохмить. Так что прослеживается вполне очевидная связь. Кто еще в этом участвовал?

— Да всего один или двое, кроме нас, — ответил Лука. — Норманн Джойнер, да, точно. Да мы только так, повеселиться.

Лично я ничего веселого в том не видел, живот разболелся с новой силой.