До раздавленного пластмассового муляжа автомата...

Сегодня — утро первого дня Игры. И — утро последнего дня Игры.

Игры в «Зарницу».

ПРОЛОГ 2

Пик-над-Мирами. Времени нет

Странное это было место. Или есть, или будет — время тут играет в прятки, то исчезая и делая вид, что его нет — то возникая бьющим во все стороны фонтаном — и страшна участь попавшего между струй.

ОН — не боялся. ОН стоял на вершине Пика-над-Мирами и смотрел вниз — или стоит и смотрит, или будет стоять и смотреть — можно сказать как угодно, и все будет неправильно. Чтобы стоять — нужны ноги, чтобы смотреть — глаза. Но ОН находился на вершине и видел — не глазами — что внизу.

Странное место... Миры внизу виделись не плывущими в бездонно-черной пустоте шарами — черной пустоты внизу вообще не было.

Загадочный, запутанный лабиринт, который человеческому глазу мог показаться — если бы он, глаз, мог видеть в этих диапазонах — громадным, перекрученным клубком, чудовищной комбинацией бесконечных разноцветных нитей — но ОН смотрел. Не человеческими глазами. Впервые за долгие годы (или секунды, или эпохи — время над Мирами вело себя странно), ОН нашел след, который искал — тонкую, яркую голубую нить, безнадежно и неразрывно перепутанную с десятками и сотнями других — но была она гораздо длиннее и ярче. Концы ее исчезали совсем уже в диких сплетениях, чтобы вынырнуть, сделать ложную петлю и снова пропасть в пульсирующей разноцветной паутине.

Нашел — но для этого пришлось взойти на Пик-над-Мирами — и непростым даже для НЕГО стало восхождение. Много странного и страшного лежало на пути. ОН взошел — не удивляясь странному и не пугаясь страшного — ибо очень велики, хоть и не безграничны, ЕГО силы... Многие считали ЕГО — и ЕЕ тоже — Богами. ОНИ никогда не были ими.

ОНИ не творили Реальность, в которой лежат все известные Миры — но возникли вместе с ней и не могли исчезнуть раньше нее. ИМ возводили храмы и возносили молитвы, считая Богами — ОНИ смеялись над этим, зная, что Творец умер.

ИХ храмы разрушали и повергали статуи в прах, и ставили капища Спасителей, изукрашенные дыбами, и колесами, и шибеницами, и крестами — ибо во всех Мирах пророки, зовущие себя Спасителями, учат смерти, и учат на своем примере, выбирая самую гнусную смерть — ОНИ смеялись и над этим, ибо ОНИ были Жизнь.

Молитвы они не слушали — но каждый мог обратиться к НИМ и получить, что хотел. Или умереть — ибо способный обратиться к Нерожденному и желающий при этом недостойного — мертв.

ОН носил сто имен — и во всех звучала труба. Сто имен носила и она — и звучала в них музыка флейты. ОН был Отец Битв и Пронзающий, и Воины — любимые дети ЕГО, а солдат ОН презирал. ОН раздирал Реальность и убивал чудовищ — ОНА же превращала их в птиц и цветы. ОН любил ЕЕ — хотя и странной любовью...

Лгали жрецы, учащие, что ОНА — Милосердие и Сострадание. ОНА не знала, что это такое. ОНА говорила — тем, кто хотел слушать — что пуста и глупа жалость к страдающим и умирающим — Смерть есть плата за Жизнь. Страшна и бесплодна милость к искалеченным, к воющим и к нищим духом, ползающим по обочинам Жизни, а сострадание плодит страдание. ОНА не Милосердие, ОНА не Сострадание, ОНА — просто Любовь. Лишь Любовь способна превратить смерть в счастье и победу, разогнуть сгорбленных и поднять раздавленных...

ОНА исчезла. Тьму эпох или пару мгновений назад — время не только на Пике-над-Мирами ведет себя по-разному.

ОН стал искать.

И — нашел след, поднявшись на Пик-над-Мирами.

Прыжок с Пика-над-Мирами.Время появилось

ОН кажется сияющим клубком сжатого, спрессованного в тугой шар света, устремившимся с вершины и пронзившим сверкающий лабиринт.