— Они впитывают ее, — пояснила Энн, — как сухая земля впитывает летний дождь. Это своего рода существа, но они не живые. У них нет души.

Зедд мрачно кивнул.

— Шимы — существа, сотворенные потусторонней магией, магией Подземного мира. И в мире живых они магию уничтожают.

— Хочешь сказать, они охотятся на тех, кто владеет магией, и убивают их? — уточнила Кэлен. — Как когда-то люди-тени? Их прикосновение смертельно?

— Нет, — возразила Энн. — Они могут убивать и убивают, но одного только их пребывания в нашем мире достаточно, чтобы со временем магия исчезла вся. Постепенно все, чья жизнь зависит от магии, умрут. Сначала слабейшие. А в конце концов — и самые сильные.

— Поймите, — предостерег Зедд, — нам не очень-то много о них известно. Шимы — оружие времен великой войны, созданное волшебниками, чье могущество мне трудно даже вообразить. Магический дар нынче уже не тот, что прежде.

— Если шимы каким-то образом проникнут в наш мир и уничтожат магию, означает ли это, что те, кто наделен даром, просто потеряют его? — спросил Ричард. — К примеру, люди Тины просто-напросто не смогут больше общаться с духами предков? Волшебные существа погибнут — и все? Останутся только обычные люди, звери и растения? Вроде как в Вестландии, где я вырос и где не было никакой магии?

Кэлен ощущала, как от ударов грома содрогается земля. Дождь продолжал барабанить. В очаге потрескивал огонь, словно высказывая возмущение водой — извечным своим врагом.

— Мы не можем ответить тебе, мой мальчик. Нет прецедентов. Сложность мира — превыше нашего понимания. Один лишь Создатель понимает, как все здесь устроено и функционирует.

Огонь отбрасывал на лицо Зедда резкие тени.

— Но я сильно опасаюсь, что все будет гораздо хуже, чем ты изобразил, — с мрачной уверенностью продолжил старый волшебник.

— Хуже? И насколько хуже?

Зедд некоторое время молчал, тщательно разглаживая сладки своей одежды.

— К западу отсюда, в горах над долиной Нариф, берет начало река Даммар, которая впадает в Дран. Воды истока насыщены ядами из почвы высокогорья. Исток — мертвая пустыня, где валяются кости животных, которые там слишком подзадержались и выпили слишком много отравленной воды. Это обдуваемое ветрами, пустынное и смертоносное место. Тысячи маленьких ручейков стекают с окрестных вершин в большое, — Зедд широко развел руки, как бы подчеркивая величину, — мелкое и болотистое озеро, откуда и берет начало стекающий в долину Даммар. Там в огромном количестве произрастает растение пака, особенно в широком южном конце, откуда вытекает Даммар. Пака не только невосприимчива к яду, но и процветает на нем. Только гусеницы одной бабочки едят листья паки и окукливаются между толстыми стеблями. На скалах над этим ядовитым озером, в устье долины Нариф, гнездится птица варф. И ее излюбленный корм — ягоды паки, что растет внизу. Таким образом, варфы — одни из немногих представителей фауны, посещающих исток Даммара. Воду они не пьют.

— Значит, ягоды не ядовиты? — уточнил Ричард.

— Нет. Это одно из чудес Создателя. Пака отлично произрастает на отравленной воде, но ягоды, что вызревают на ней, не ядовиты, и вода, что стекает в долину, профильтрованная зарослями паки, тоже чистая и безвредная. А еще там живет бабочка игрунья. Ее способ передвижения превращает ее в лакомый кусок для варфов, которые в основном питаются семенами и ягодами. Учитывая ареал обитания этой бабочки, на нее мало желающих поохотиться, кроме варфов. А теперь основное. Видишь ли, растение пака не может размножаться само собой. Возможно, причиной тому ядовитая вода, но внешняя оболочка семян крепче стали и не раскрывается, поэтому сидящее в нем растение не может прорасти.