До этого я не нервничала. Но усилия Макарова не прошли даром.

— Вот как все будет. Снаружи ничего не видно. Проходишь через любой детектор. А затем паф!

— «Паф!» звучит не плохо. — Вроде того.

— Теперь недостатки. Мелким шрифтом. — Макаров подался вперед. — Во-первых, никто не знает, чем именно эта хрень является. Мы залезли в магию и вытащили их наружу, и никто на планете не сможет сказать, что они такое, и откуда взялись. Мы не знаем долгосрочных последствий. Мы только знаем, что имплантируем их вот уже три поколения, и пока ничего. У меня они тоже есть. Я не слышу голосов и не испытываю желания убивать людей. Но всегда есть такая вероятность.

— Я смогу с этим жить.

— Во-вторых, один кандидат из ста двенадцати отторгает мурену. И не всегда с этим справляется. Поэтому здесь Женя. — Он кивнул на блондина. — Он опытный парамедик. Но если твое сердце остановится — то оно остановится. Эх. — Он развел руками.

«Эх» было не той реакцией, которую я ожидала.

— В-третьих, способ их работы. Мурена питается твоей энергией. Ты должна заряжать их своей магией. И это будет больно. Просто чертовски больно. Но когда ты коснешься кого-то, ему будет в сто раз больнее. — Он ухмыльнулся. — Но если сделаешь так несколько раз подряд, то увидишь как перед глазами плавают красные штуковины. Их называют светлячками. Так твое тело будет просить тебя остановиться. Сделаешь так снова — вены в твоей голове взорвутся, — он издал резкий звук, чиркнув большим пальцем себе по шее, — и девять-один-один можно уже не беспокоить. Ты умрешь прямо на месте.

— Как я смогу их зарядить?

— Это мысленно. Я покажу тебе, как только мы их установим.

— Что произойдет, когда я шокирую кого-нибудь?

Макаров сощурил глаза.

— Зависит от того, какой силой ты обладаешь и насколько сильно хочешь ему навредить. Ты сама их контролируешь. Они сертифицированы, как нелетальное оружие и предназначены для коррекции поведения, а не прямой самообороны. Любой кандидат вплоть до Заметного магического ранга вполне безопасен. Ты шокируешь плохого парня, он прекращает свой беспредел, катается по земле, пока ты пинаешь его по ребрам, но в итоге вы оба расходитесь по домам. Значительные маги известны тем, что могут вызывать у людей конвульсии.

— А как насчет Превосходных? — раздался голос мамы.

Я едва не подпрыгнула. Я не слышала, как она вошла.

— Насколько мне известно, ни у одного Превосходного их нет. Превосходные в них не нуждаются. У них есть их собственная магия, и они заняты ее применением, а не прогоном новобранцев через учебный лагерь или возней с магами на поле боя. — Макаров посмотрел на мою маму. — Давненько не виделись, сержант первого класса. Как нога?

— Все еще на месте, старший сержант.

Он кивнул. — Рад слышать.

— Если убьешь мою дочь, живым отсюда не выйдешь, — сказала мама.

— Приму это к сведению. — Макаров повернулся ко мне. — Так да или нет?

— Сколько это будет нам стоить? — спросила я.

— Это между мной и твоей бабушкой. Я задолжал ей услугу.

Я сделала глубокий вдох.

— Да.

Макаров встал и вытащил маркер из кармана.

— Хорошо. Ты ела?

— Нет.

— Даже лучше.