– У меня не осталось никого, кроме брата – он в тюрьме Либби, – спокойно ответила Джулия. – Как только мы доберемся до Ричмонда, я попробую вызволить его оттуда, во что бы то ни стало.

Дерек метнул в ее сторону предостерегающий взгляд, кустистые брови капитана Мида приподнялись, но Джулия невозмутимо продолжала посвящать их в свой план.

– Вот что я задумала, покидая Саванну, – закончила она. – Я не успокоюсь, пока не вытащу брата из этого ужасного места.

– Что же, если он невиновен, значит, вы вправе добиваться освобождения, – сказал капитан, – но даже если на нем вина, он остается вашим братом. Я понимаю, почему вас так тревожит его судьба. О «Черной дыре» ходят страшные слухи…

Дерек встал:

– Капитан, мы будем признательны вам, если вы покажете, где можно прилечь. Мы оба устали.

От взгляда Джулии не ускользнула понимающая улыбка старого рыбака. Он объяснил, что его корабль невелик, кубрик забит до отказа.

– Но поскольку вы вдвоем провели на острове несколько месяцев, надеюсь, вы не прочь поселиться в одной каюте.

– Я могу переночевать и в кубрике, – возразил Дерек, направляясь к двери. – Скажите только, куда мне отвести Джулию.

Капитан поднялся:

– Я собирался предложить вам свою собственную каюту, Арнхардт. Мои матросы спят в страшной тесноте, в холщовых гамаках. Других кают на корабле нет. Я думал, вы займете ее вдвоем, но если вы предпочитаете кубрик…

– Да, предпочитаю, – решительно ответил Дерек.

– Отлично. – Капитан Мид направился к двери, мимоходом кивнув Джулии и попросив ее в случае необходимости обращаться к нему.

Джулия торопливо поблагодарила капитана, и как только за ним закрылась дверь, прошептала, утирая слезы:

– Впервые в жизни я оказалась в таком унизительном положении… Каждый матрос на этом корабле знает, чем мы занимались на острове. Как я буду смотреть им в глаза? Что они думают обо мне?

Дерек раздраженно вздохнул:

– Какая разница, Джулия? В Ричмонде мы покинем судно, и больше ты никогда не увидишь этих людей. Радуйся, что нас спасли. Осталось только освободить твоего драгоценного братца.

Опешив, Джулия широко раскрыла глаза, и неожиданно сообразила:

– Дерек, да ведь ты ревнуешь! Неужели ты не понимаешь, что значит для меня освободить Майлса…

– Знаю-знаю – все это я уже слышал, – устало перебил Дерек, проводя пятерней по взлохмаченным волосам. – Давай поговорим об этом потом. А сейчас я не прочь подстричься и умыться.

Джулия задумчиво прикусила губу. За время, проведенное на острове, она привыкла постоянно находиться рядом с Дереком, а теперь их окружали чужие люди. Остров исчез за горизонтом, и ей казалось, что прошлое было лишь сном. Дерек вдруг изменился. Она чувствовала в нем перемену и не хотела показать, как это ранит ее.

Он повернулся, чтобы уйти, но Джулия остановила его, обняв и уткнувшись лицом в спину.

– Пообещай, что не бросишь меня, Дерек, – взмолилась она, крепко прижимаясь к нему.