— Что с тобой, Кира? — услышал он из своего далёка грустный голос Тамары. — Ты не болен?

— Я здоров. — Кирилл вздрогнул и поморщился, как от удара. — А в чём, собственно, дело? — бросил с вызовом, взглянув на часы.

— Ты бы на себя поглядел… Где-то целыми днями пропадаешь, не ходишь на тренировки. Ребята, между прочим, обижены.

— Чему обижаться? — укоризненно вздохнул Кирилл. — Я же никому не делаю зла, даже тебе, Тома.

— Да, зла ты не делаешь, но в коллективе так себя не ведут. Ведь здесь не какой-нибудь дом отдыха, а спортлагерь. Есть определённый распорядок, режим.

— Значит, меня отчислят за нарушение, — он покорно кивнул. — Может, и телегу в институт накатают?

— Кому ты нужен, осёл! — Она пренебрежительно передёрнула бронзовыми плечами. — Живи себе как знаешь.

— Откуда такое всепрощение? — Он пытался скрыть свою растерянность гаерским тоном. — Я бы на вашем месте обязательно принял меры.

— Но ты на своём месте, — печально возразила Тамара. — И времени уже не осталось перевоспитывать. — Она отрицательно помотала головой. — Всего неделя.

— Шесть дней, — уточнил Кирилл.

— Тем более… Так что с тобой всё-таки происходит? Мне очень жалко тебя, Кирилл.

— Не знаю, Рыбка, — откликнулся он с внезапной теплотой. — Ты не жалей… Всё пройдёт, как-нибудь утрясётся.

— Кто эта женщина? — тихо спросила Тамара, пряча глаза.

— К-какая женщина? — внутренне сжавшись, переспросил Кирилл.

— С которой ты шляешься каждый день! — бросила она, не сдержавшись.

— Зачем так грубо, Тамара? — Кирилл понимал, что она по-своему мучается, но не находил в себе сил сострадать. — Если будешь продолжать в подобном тоне, то лучше давай прекратим, — чужие, никак не свойственные ему слова сами сорвались с языка.

— Прости, — сразу опомнилась она. — Я не хотела… Ты любишь её?

— Не знаю, Рыба. — Кирилл через силу прервал затянувшееся молчание. Впервые за все эти полубредовые дни кто-то спросил его о Светлане и он мог говорить о ней вслух. Какое это было блаженное облегчение! — Наверное, очень…

— Вы были раньше знакомы? — Тамара продолжала выпытывать с затаённой подозрительностью. — Она что, правда из МГУ?

— Ты-то откуда знаешь? — слегка удивился он, но тут же понял, что Томке и, очевидно, не ей одной уже многое известно о Светлане, наверняка больше, чем знает он сам. Шевельнулось намерение поддержать разговор, не столько с целью узнать что-то новое, сколько из неизведанного щекочущего наслаждения произносить её имя.

— Давай лучше не будем об этом, — с нажимом отрезал он, устыдившись. — Ладно?

— Как хочешь, но имей в виду: тут её многие знают… Между прочим, ей намного больше лет, чем кажется… Или ты уже знаешь?

— Я ничего не хочу знать, — отчеканил Кирилл.

— И даже о её прошлом? — с внезапным остервенением выкрикнула Тамара, блеснув боковыми коронками.

— Перестань! — Кирилл больно сдавил ей локоть.