— Я так и знала, что найду тебя здесь! — радостно закричала она, взлетев по лестнице, и, продолжая улыбаться, замерла в его объятиях. — Боже мой, как ты изменился!

Он знал, что за время, пока они не виделись, тоже вырос. Теперь она доставала макушкой только до его подбородка. Его тело стало телом мужчины. Но перемены в ее внешности были куда интереснее. Его восхищали даже стекающие по ее розовым щекам капли дождя. Улыбаясь, она взяла его за руку и повела внутрь замка.

— Расскажи, что ты поделывал, пока меня не было. Нет, сперва покажи, что еще починил за это время.

Они проводили здесь очень много времени. С того самого первого лета, когда она появилась у дверей замка, между ними возникла какая-то особая привязанность. Это было место, где они поверяли друг другу свои самые сокровенные тайны.

Но все-таки это была довольно странная связь. Ему казалось, что он оставался таким же, как всегда. Но она менялась, как только оказывалась за стенами их убежища. Нему совсем не нравилась та, другая Эмма. Она держалась сухо и надменно, как будто их дружбы — простодушной и наивной — не было и в помине. В присутствии посторонних он ни о чем не спрашивал ее, не претендовал на большее, и когда она приходила к нему в замок, по-прежнему не скрывал от нее ничего.

Он хотел показать ей все, что сделал, но как только начал говорить, она прижалась к нему, обняв за талию.

— Я теряю тебя. — Она прижалась лицом к его груди, там, где билось сердце.

Он смутился и хотел было отодвинуться, поскольку не знал, как отнестись к ее любовному признанию. Эмма насквозь промокла. Сквозь мокрое платье выпирали твердые соски развившихся грудей. Аромат ее тела кружил голову. Он вспомнил, что она была еще совсем юной, и попытался отстраниться.

— Позволь показать, что я мастерю.

— Позже. Я пришла сюда ради тебя.

Она еще плотнее прижалась к нему. На ее губах появилась слабая улыбка.

— Ты изменился.

От смущения он покраснел до корней волос и застыл на месте. Она обвила руками его шею и посмотрела на него в упор.

— Поцелуй меня, — попросила она.

Он взглянул на ее влажные губы. Странное желание разгорелось в его напрягшемся теле. Но он потряс головой и отодвинулся. Это ведь была Эмма.

— Не сегодня-завтра возвращается Дэвид, — тихо сказал он.

— Я хочу, чтобы ты первым поцеловал меня.

Он уперся спиной в стену. Но она еще сильнее прижалась к нему грудью и притянула его лицо к себе.

Их губы соприкоснулись, и в тот же самый момент он понял, что пропал. Ее тело источало удивительный и до странности знакомый запах. Они жадно впились друг другу в губы, надеясь утолить жажду. Он первым оторвался от нее, понимая, что еще чуть-чуть — и потеряет голову.

— Я хочу тебя.

У него едва не подогнулись колени, когда он понял, о чем она говорит.

— Мы не можем, — хрипло прошептал он, отталкивая ее и делая шаг к выходу. — Это не правильно.

— Ты и я, мы так похожи. Я хочу…

Со страшным треском совсем рядом раздался удар грома и гулко побежал дальше по долине. Дождь полил как из ведра, но он уже ничего не замечал и бросился бежать из замка, и бежал не останавливаясь, до тех пор пока не оказался на скалах. Тяжело дыша, он смотрел на бегущие внизу мутные волны Твида.

Глава 4

К чему лишние разговоры или объяснения? Разве это человек? Это наглец, животное! Он загнал ее в угол кареты и теперь прикидывается спящим!

В первый час их путешествия Гвинет терзалась от непрошеного вмешательства Дэвида как от нарывающей раны. Карета, покинув оживленные улицы Лондона, не спеша двигалась по сельским просторам на север.