— Вижу.

— Я зайду, — сказал тогда Роб. — Блондин это Абе. Я приглашу его переговорить у стойки. В этот момент зайдешь ты. Абе может знать тебя в лицо, поэтому подожди, пока мы не сядем. Тогда и пройдешь за нашими спинами. Попроси его быть… откровенным!

— Роб, не учи меня жить! — попросила Лиза, уже придумывавшая, что и как будет делать.

— Хорошо! — не стал спорить Роб. — Подойди ко второму. Присядь за стол, поговори. Спроси, кто он такой, откуда? Давно ли знаком с Абе? Какое отношение имеет к «Оракулу»?

— «Оракул»? — переспросила Лиза.

— Ну, до них отсюда пять минут ходу…

— Да, точно! — поняла ход его мыслей Лиза.

— И вот еще, что… — они уже миновали паб, перешли улицу и возвращались обратно. — Если вдруг что-нибудь пойдет не так, не размышляй и ничего не бойся! Бросай гранату и беги к машине!

— И стреляй только на поражение! — добавил мгновение спустя. — Ты все поняла?

— Да, — твердо ответила Лиза, — я все поняла. Не волнуйся!

Ей плен не сильно понравился и в первый-то раз, поэтому второго раза — так она решила, — не будет! Английская ручная свето-шумовая граната с резиновой шрапнелью лежала у нее в левом кармане жакета, а чуть выше — под левой подмышкой — в наплечной кобуре висел легкий и вполне подходящий ей под руку полимерный Кахр PM9.

* * *

Роб подошел к окну и постучал по стеклу костяшками пальцев. Раз, другой. Наконец, его услышали: седой повернул голову и посмотрел на Роба.

«Роберт Хелш? Но как?»

Роб улыбнулся и показал пальцем на Абе. Седой нахмурился — «Откуда он здесь взялся?!» — и что-то коротко сказал Кройтеру, — «Там твой дружок!» Абе не вздрогнул и не замельтешил, спокойно обернулся и посмотрел в окно. Увидел Роба, и его брови поползли вверх.

«Роб?! Здесь? Он что-то знает? Следит?»

Стекло обычно читать собеседника не мешает, особенно если оно прозрачное, не помешало и сейчас.

Роб улыбнулся еще раз, помахал приветственно рукой, словно обрадован встрече. И ни как-нибудь, а от всей души. Приходилось надеяться, что Абе его игру оценит, и тот оценил. Улыбнулся неуверенно, — «Надо его задержать, разговорить, позвать кого-нибудь на помощь!» — встал из-за стола и жестами пригласил Роба, зайти.

Роб его предложение принял и уже через минуту входил в паб, успев по дороге уловить мысленную кальку со слов Кройтера, обращенных к Седому.

«Вызывай подмогу, Том! Этого хмыря надо брать, а то он опять уйдет!»

— Абе! Вот здорово! А я, понимаешь, иду по улице и вдруг вижу — ты!

— Да уж! — Абе встретил его как раз там, где начиналась стойка. — Я и не чаял уже встретить кого-нибудь из наших! Вот так удача!

Мысли у Абе были путанные. Рваные. Но общая тональность была понятна, и она Робу не понравилась.

— И не говори! — сказал он вслух. — А уж я, как рад! Второй день один бегаю!

Обнялись. Потискали друг друга в «крепких дружеских объятиях».

— Ты не один? — кивнул Роб на Седого, так и оставшегося сидеть за столиком. К слову сказать, пили Абе и его визави отнюдь не пиво, и даже не виски. Они пили водку.

«Надо же! Место нашли, чтобы водку выпить! Ирландский паб!»

— Не страшно! — отмахнулся Абе. — Это… мой клиент, — «брат», — но он подождет! Присядем? — повел он головой в сторону стойки.