— Это все чертова африканская зима, — сказал легионер вслух. Произношение у него было сносное, но не оставляло сомнений — немец. — Вы промокли — это не беда, но эта погода действует на нервы. Но есть хорошее средство против меланхолии. Кстати, меня зовут Пауль, Пауль Мёллер, и я швейцарец, а не немец.

— Роберт, — протянул руку Роб.

— Так вот, Роберт, вам надо выпить кофе по-швейцарски, и все как рукой снимет.

— Кофе по-швейцарски? — на тот момент Роб знал три географически привязанных варианта приготовления кофе. Это, разумеется, если иметь в виду только европейские вариации. По-венски — с взбитыми сливками, по-ирландски — с молоком и виски и по-английски — с жареным инжиром, но вот про кофе по-швейцарски слышал впервые.

— Очень просто, — оскалился швейцарец.

— Эй ты! — окликнул он чернокожего официанта. — Кофейник черного кофе. Эспрессо, по-турецки — все равно. И бутылку шнапса.

— Шнапса у нас нет, месье, — растерялся официант, похоже, он даже не знал, что это такое. — У нас есть виски, джин, ром…

— А водка? Водка у вас есть?

— Водка! Да! Да! Водка есть! — обрадовался негр.

— Тогда кофе и бутылку водки.

— Будет исполнено, месье! — и официант опрометью бросился выполнять заказ.

— Рецепт прост, — объяснял между тем швейцарец. — Кладем на дно кружки монету и наливаем кофе до тех пор, пока монета не скроется из вида. Затем доливаем шнапсом до тех пор, пока снова не увидим монету. Это все.

— Звучит заманчиво! — сказал Роб, представив, как это будет происходить.

И они выпили кофе по-швейцарски. И повторили. И еще раз…

Говорят, им удалось отметелить целый взвод военной полиции, но этого Роб, хоть убей, припомнить не мог. Проснулся он только через сутки, в военной тюрьме в городе Бита, откуда их с Дюком освободили через три дня. Егеря выдвигались для захвата опорного пункта мятежников — Гаге, и Третья тактическая, как всегда, шла впереди…

Глава 5

Среда, 6 Мая 2009 года — первая половина дня

1.

Разговор с Хартом буквально выбил Лизу из колеи. Ей, в общем-то, и до этого было страшно, но сейчас демоны ночи взялись за нее по-настоящему. К сожалению, она не могла успокаивать себя сказками. Здравый рассудок подсказывал, что за словами сумасшедшего миллионера скрыта самая что ни на есть правда. Вернее, его слова открыли эту ужасную правду. Лизе оставалось лишь надеяться, что звери апокалипсиса, приходом которых пугал ее Харт, не окажутся наркоманами и психами в прямом, медицинском смысле этого слова. Тогда у нее еще есть надежда, заставить их подчиняться себе. Хуже, если они похожи на Филиппа Харта. Подчинить его своей воле Лиза так и не смогла. И ведь такие, невосприимчивые к ее дару люди встречаются, пусть и редко, не только среди наркоманов и безумцев. Роб в большинстве случаев ей тоже не по силам, так от чего бы не допустить, что существуют и другие?

«Ох, Роб! Где же ты, черт тебя подери? Где тебя носит, сукин ты сын, когда ты нужен мне здесь и сейчас! Роб! Роб! Роб!»

Страх терзает не хуже боли. Одна, в темном и холодном каменном мешке, Лиза то впадала в панику, считая, что все потеряно, и обещанные Хартом ужасы станут для нее кошмарной реальностью, то отдавалась надежде, веря, что Роб спасет ее раньше, чем за нее возьмутся костоломы Харта.