Нельзя сказать, что Егора так уж мучил факт потери памяти, но время от времени он как будто мрачнел, уходил в себя и отчаянно пытался вспомнить, кто он и откуда.

Однако постепенно и эти приступы прошли и уступили место простым человеческим радостям.

КОРЖИКОВ И КОТ

— Встать, суд идет!

Народ в зале зашевелился, зашуршал одеждой, задвигал стульями.

В наступившей тишине, нарушаемой лишь чьим-то надоедливым кашлем, раздались шаги. В помещение вошел пожилой судья. Он неторопливо прошел за стол, поправил мантию и сел.

— Прошу садиться, — сказала девушка-секретарь.

Народ покорно сел.

Судья устало обвел глазами забитый до отказа зал областного суда. Количество зрителей его нисколько не удивило — развлечений в городе было немного, а бесплатных и вовсе никаких, поэтому народ победнее ходил на судебные заседания. Всё, как в телевизоре, только настоящее. И это субботнее утро явно не стало исключением.

Судья выждал несколько секунд, затем несколько раз стукнул молотком.

— Слушается дело об убийстве гражданина Шувалова. Обвиняемый — гражданин Коржиков. Обвиняется по статьям 105, часть первая; 163, часть первая и 161, часть первая Уголовного кодекса Российской Федерации. Представьтесь, обвиняемый.

Обвиняемый, невысокий брюнет среднего возраста с мелкими подвижными чертами лица, услышав свою фамилию, вздрогнул и замер, словно иностранец, выцепивший из непонятной речи какое-то знакомое слово.

— Обвиняемый, — повторил судья, — назовите свое имя и фамилию, возраст и род занятий.

— Я… это…

— Встаньте, обвиняемый.

Мужчина встал и нервно дернул плечом.

— Коржиков Андрей Валентинович, сорок четыре года, водитель троллейбуса.

— Спасибо, — кивнул судья, — вы можете сесть.

Коржиков снова дернул плечом и сел.

— В роли потерпевшей, — продолжил судья, — выступает гражданка Шувалова, жена погибшего гражданина Шувалова. Потерпевшая, встаньте, назовите свое имя и фамилию, возраст и род занятий.

— Шувалова Анастасия Александровна, сорок лет, домохозяйка.

— Спасибо, вы тоже можете сесть. Слово предоставляется государственному обвинителю.

Прокурор, лысоватый мужчина с большим родимым пятном на щеке, встал, откашлялся и достал листок бумаги, с которого и зачитал текст.

— Ваша честь! Тринадцатого ноября сего года около двадцати часов в Москве, во дворе дома по адресу: улица Поликарпова, дом 6, гражданин Коржиков А.В. нанес гражданину Шувалову И.А. проникающий удар кухонным ножом в область груди. После чего забрал из кошелька погибшего пять тысяч рублей и скрылся с места преступления. Пару минут спустя подсудимый сам вызвал скорую помощь из ближайшего таксофона. В беседе с дежурной, впрочем, не представился. Врачи приехавшей бригады скорой помощи доставили Шувалова в реанимационное отделение местной больницы, где он и скончался от полученного ранения спустя час. Следствие установило, что этому убийству предшествовала ссора Коржикова и Шувалова, которая заключалась в том, что Коржиков насильно и противозаконно удерживал домашнее животное гражданина Шувалова, кота неопределенной породы, требуя за него выкуп в размере пяти тысяч рублей. Шувалов неоднократно пытался убедить Коржикова вернуть кота, однако Коржиков требовал деньги, угрожая в противном случае убить кота. Так, за два дня до убийства, вечером одиннадцатого ноября, покойный Шувалов со своим приятелем Брянцевым Н.А. имели разговор с Коржиковом во дворе дома.