Хилари открыла правду об истинном происхождении Алексы и не замедлила объявить ее попросту лгуньей.

— Я — актриса! — дерзко возражала Алекса, болезненно воспринимая смысл сказанных слов.

Но надменная Хилари ни минуты не сомневалась в том, что Алекса стыдится собственной семьи. «Да и кто бы не стыдился? — читалось в высокомерном взгляде Хилари. — Да и кто бы не стремился скрыть отсутствие даже скромного состояния и высокого происхождения?»

— Александра Тейлор — это сама заурядность, — предупреждала Баллинджер своих друзей из высокопоставленных семей, — и не заслуживает ни капли внимания.

Но эти предостережения Хилари запоздали: Алекса уже успела очаровать одноклассников, и теперь ее бесстрашное спокойствие в ответ на злобные выпады властной Хилари вызывало только всеобщее восхищение. Тейлор продолжала дарить сияющие улыбки, несмотря на то что слова богатой аристократки нанесли Алексе глубокую рану.

Великолепно копируя южный акцент Хилари, Алекса искусно поменялась с ней ролями: широко раскрыв невинные изумрудные глаза, Алекса говорила о снобизме и претенциозности Хилари, и очень скоро даже самые верные подруги отвернулись от Хилари. Девушки меняли спои симпатии весьма осторожно, привлеченные, с одной стороны, блеском, красотой и смелостью Алексы, но, с другой стороны, побаиваясь «предать» сильную и влиятельную Хилари.

Ребята (включая давнего кавалера Хилари) в отличие от девчонок сменили свое расположение быстро и без малейшего, намека на страх. Годами Хилари была для них страстно желаемой, прекрасной статуей на высоком мраморном пьедестале, находящейся слишком высоко от обожающих поклонников; эта отдаленность придавала Хилари таинственное очарование.

Но вот появилась Тейлор. И ребята для себя открыли, что искрящаяся жизнелюбием скромная Алекса очень даже «от мира сего», и при этом очарование ее еще более загадочно, чем привлекательность богачки Хилари. Алекса, с ее теплом, добросердечностью, полным отсутствием высокомерия, невольно давала возможность парням почувствовать себя уверенными и значительными от одной только ее прекрасной ласковой улыбки.

Алекса пользовалась бешеной популярностью и была при этом очень одинока. Но в конце концов именно благодаря Хилари монстры, накрепко спрятанные в дальних темных уголках ее сердца, вырвались на свет и принялись за черные дела. Алекса наконец-то смогла дать выход долгие годы копившейся в ее душе ненависти.

Хилари Саманта Баллинджер стала достойным оппонентом, так как была опасна вооружена целым арсеналом недобрых чувств и, несомненно, заслуживала того, чтобы Алекса спустила на нее своих чудовищ, и сама она, Хилари, начала войну, тогда как Алекса мгновенно нанесла точный ответный удар. На протяжении всего учебного года война разгоралась все сильнее и сильнее — жестокая, но на равных.

Продолжалось это до тех пор, пока, как и на всякой войне, не появились невинные жертвы.

В конце апреля Джейн и Александр, поехавшие в Топику навестить заболевшего друга, оставили на попечение Алексы младшую сестру. Задача несложная: Кэтрин было уже двенадцать лет. Ведь она, счастливая, все время, от рассвета до заката, проводила за роялем.

Наступила суббота, а родители все еще не вернулись, в то время как Алексе до смерти хотелось посмотреть матч по поло между «Баллинджером» и «Хайленд-парком». Она не хотела брать с собой младшую сестру, но и не могла оставить Кэтрин одну дома, поскольку родители дали ей твердые указания в стиле «а что, если?». Так что пришлось вместе ехать на стадион, куда они прибыли как раз в тот момент, когда Хилари с тремя оставшимися к» ней лояльными подругами выходила из серебристого «БМВ». Увидев своего врага, Алекса тяжело вздохнула. Еще каких-то шесть недель и — прощай, школа! Они, слава Богу, больше никогда не увидят друг друга.