— Гусеницы не жмут? — он хрюкнул от смеха и помотал головой.

— Я, между прочим, тебе сочувствовал от всего сердца, когда ты сиськи отрастил! — возмущался я вслух, но на деле совершенно не испытывал дискомфорта в новом обличии. Напрягала только полная слепота, вызывая лёгкое чувство клаустрофобии, но мы активно размышляли над этой проблемой.

— Ты не выглядишь несчастным… — улыбнулся последний из Митрофанов и начал куда-то поворачивать.

Я ударился бампером обо что-то твёрдое и услышал:

— Слиток чистого золота.

— Эй, человек, — полюбопытствовал я, памятуя о его фишке с плотно набитыми кубами — большой ли куб? И чего это его тебе засчитали?

— Косяк, однако… — задумчиво почесал затылок Второй, — Рулил я, а тебя, видимо, за инструмент посчитали! Куб, хер знает, метров десять, пятнадцать…

Он взял коммуникатор и полез смотреть стоимость золота в кубитах на рынке Афедрона, но через минуту разочарованно вздохнул — один кубит за килограмм. Мало! Открыл поисковик и выяснил плотность золота, перемножил на примерный объём, прикинул подпространственную доставку и вновь разочарованно выдохнул:

— Шестьдесят пять миллионов кубитов за шестьдесят пять тысяч тонн золота…

— Неплохо, а доставка? — напомнил я, поскольку это было очень дохрена веса!

— Лярд триста, минус наша скидка пятьдесят процентов, итого… — он заржал, я тоже.

Тариф, установленный Афедроном на подпространственную доставку в один кубит за перемещение тонны груза на тысячу километров, был очень низким, при условии что ты где-то неподалёку, но мы находились уже в двадцати тысячах километров от человеческих территорий, где был ближайший, и пока единственный, стационарный подпространственный переход в город-улитку.

Вообще, улит поступил очень разумно. Хочешь иметь физический доступ к рынку из любой точки пространства — плати копеечку! Не хочешь? Ну, тогда для тебя открыты двери стационарного хаба — приезжаешь, продаёшь-покупаешь, уезжаешь. Вот только расстояния…

— Ну таки шо? — Второй скрестил руки на гдуди. — Ви предлагаете бросить целую кучу золота, потому-что немножко надорвать спину для вас слишком дорого?

— Таки да, — хмыкнул я в его ухо, — ви знаете сколько берёт нынче хирург за посмотреть на мой сколиоз?

— Эх, ну пойду хоть тонну закину, может на провода какие пойдёт, да кубиниум срежу.

Прихватив плотные перчатки, он пошёл разматывать удлинитель, а я продолжил познавать нового себя.

Оставив загадки взаимодействия с металлом на потом, я разогнал “понимание” на полную и стал разбираться с потоками разномастной энергии, которые чувствовал и видел.

Самым ярким источником была печь, но выглядело это так, словно я пью прямо из под крана по мере надобности и если поток иссякнет, то и я останнусь без энергии. Вторым по размеру, но мелочью по сути, было солнце и я чувствовал энергию от нагретых бортов. Ради интереса сконцентрировался только на этом и проехал сантиметров десять, после чего железо моментально остыло и брать там стало нечего. Ну и третьим оказался ветер, обдувающий меня, но там были вообще слёзы. Про всякую электрическую мелочь, вроде аккумуляторов, и говорить не приходилось, поскольку тепловая энергия была не в пример “сытнее”.

Логика подсказывала, что можно, подобно Афедрону, питаться ядром кубов, но я их вообще не чувствовал и не видел в себе, хотя точно знал, что они в салоне. Значит нужен теплоаккумулятор и у нас даже было готовое решение, уже подключённое и протестированное, но пока без воды.

Не забывая следить за топливом в печи, я, как заправский полтергейст, поднял в воздух пятишку с водой и вылил всё в котёл из кубиниума.