— Ты все еще настаиваешь на прогулке?

— Ну да. — Он улыбнулся. — Ты готова?

— Как скажешь.

Она изо всех сил старалась не показывать своего нервного напряжения.

Саймон попросил счет. Официант принес и тут же скрылся. Саймон отсчитал деньги, положил на стол. Встал, потянулся.

Господи, она уже забыла, какой он огромный, мускулистый! Как же она сможет совершить то, что задумала… если до этого дойдет?..

Она быстро поднялась на ноги, подошла к нему. Он обнял ее сильной рукой за плечи.

— Пойдем прогуляемся на пирс.

Он указал в сторону реки. Вера попыталась улыбнуться.

— Как хочешь.

Он крепко прижал ее к себе. Он пошли вверх по шоссе до берега реки, свернули на дорогу, огороженную цепочной оградой.

— Смотри, — Саймон указал на разрыв в ограде, — можем перелезть здесь и пройти до самого конца пирса.

— А это не опасно?

— Нет, я видел, люди так делали.

Он помог ей пролезть в дырку. Они пошли по пирсу в темноту Гудзона. На краю остановились, глядя на далекие огни Нью-Джерси.

— Как странно и красиво… — проговорила Вера.

— Да.

Небо заволокло облаками. Звезд не видно. И никого вокруг, лишь мощные порывы ветра да отдаленный гул транспорта.

Вера вздрогнула. Саймон привлек ее к себе. Погладил по плечу. Однако ее била дрожь не от холодного ветра. Нет. От сознания того, что ей, возможно, придется совершить. И лучшего места для этого не найти.

Саймон повернулся к ней. Глаза его блеснули в темноте.

— Ты собираешься за него замуж? Это правда?

Он больно сжал ей плечо.

Второй раз за сегодняшний вечер Вера почувствовала, что сейчас потеряет сознание. Как ему ответить? Он сжимал ее плечо снова железными тисками. Господи, он убьет ее! Она совершенно беспомощна, она здесь как в ловушке.

— Я… я же согласилась встретиться с тобой, Саймон. Ты ведь этого хотел?

— Ты мне не ответила. — В глазах его появилось какое-то странное торжество. — Но это и не обязательно. Я знаю. В Лондоне все об этом знают.

— Мне больно! Отпусти меня, Саймон.

Он медленно покачал головой, глядя ей в глаза:

— Вряд ли. Если я не могу тобой обладать, то и никто не сможет.

Вера попыталась вырваться. Невозможно… Неожиданно он засмеялся.

— Ты будешь прекрасно смотреться, когда всплывешь.

Ее обдало горячей волной гнева, смешанного со страхом. Она начала яростно вырываться, попыталась ударить его ногой. Он снова засмеялся. Ослабил хватку, подтолкнул ее к краю. Вот он, ее шанс! Она резко повернулась и что было силы ударила его коленом в пах. Он задохнулся от боли. Выпустил ее, согнулся. Одна нога соскользнула с парапета. Глядя невидящими от боли глазами, он хватался руками за воздух, но через несколько мгновений свалился вниз, словно сломанная игрушка. Раздался тяжелый всплеск. Вере показалось, будто она ощутила тяжесть его тела там, внизу. Она смотрела широко раскрытыми от ужаса глазами. Долгое время не могла двинуться с места, слыша собственное прерывистое дыхание. Потом осторожно опустила глаза вниз. Темная вода плескалась о столбы пирса. И больше ничего.

О Господи! О Господи!

Ее начало рвать. Сандвич с тунцом вышел наружу. Слезы хлынули из глаз. Однако она продолжала напряженно всматриваться в черную воду, ища там Саймона. Вода по-прежнему спокойно плескалась о столбы пирса…

Наконец Вера поднялась на ноги, попятилась от края.