— Вот пойдем — и посмотрим, — безо всякого трепета отозвалась Рыба и пошла вперед. Первой.
Из нас никто с места не двинулся. Какая уже разница? Димка слился, а скольких потом по карте собирать, одного или двоих — невелика разница. Да и вообще, Сакане полезно сдохнуть, может, мозги на место встанут. Не факт, конечно, но помечтать приятно.
Когда девушка подошла к той точке, где сидело подозрительное нечто, мы все затаили дыхание, ожидая, что же случится. Прошла минута — и ничего не случилось. И даже после пяти минут Рыба осталась жива и здорова.
Стоны снова доносились до нас, но больше ничего странного или страшного не происходило. Разглядеть толком, что именно происходит, никак не получалось из-за расстояния и паршивого освещения, но Рыбу точно никто не пытался подрать. Возможно, опасности как таковой действительно нет.
— Идите сюда, жалкие трусы, — фыркнула дамагерша. — Сдохнуть вам здесь точно не грозит. Но посмотреть будет любопытно точно…
Я вздохнула и потопала вперед, навстречу неизвестности. И Сакане.
Следом поплелись и Меш с Вадимом. Все равно, что им там вдвоем делать?
Когда же я добралась до Рыбы… Ну, что я могу сказать, удивить меня ей удалось… Потому что в переходе стонало нечто, отдаленно напоминавшее лорда, если бы тело существа не вросло в каменную стену туннеля. На свободе осталось только правое плечо, да кисти рук, безвольно висящие. Но это была лишь часть представшей картины. Лицо этого то ли непися, то ли нет… Он выглядел в точности как Аметист. Вот просто до пикселя точная копия! Неужели тот гаденыш поленился поработать над собственной рожей и поставил типовую внешность?
— Ёлкин дрын! — охнула я, разглядывая страдальца.
Он уставился на меня мутными глазами. Непись или нет, но, кажется, ему было больно, очень больно.
— Кто вы? — хрипло спросило существо. — Вас прислала мать?
Я растерянно моргнула. Если он непись… у неписей как-то не ладится с родителями. В том смысле, что их нет. Совсем.
— Мать? А кто ты? — спросила я.
Становилось как-то… жутко.
— Аметист. Я Аметист… — прохрипел лорд.
А вот брать идентичные ники в игре нельзя. В отличие от одинаковой внешности.
Мне понемногу начало казаться, что у меня едет крыша. И, судя по пораженному молчанию сопартийцев, они тоже начали подозревать, что сбрендили. Только у Саканы морда осталась такой же каменной, как и прежде. Или она окончательно скрутила в ноль эмоции, чтобы не позориться перед нами.
— Ты не можешь быть Аместистом. Это ник занят, — не выдержал все-таки Вадим. — Что за фигня творится?!
Сходство с Аметистом-Олегом было полное на сто процентов. Даже более того…
— Ник? Вы… вы пришельцы? — обескуражил нас вопросом страдалец.
Меш начал вполголоса доказывать, что у преподавателей вузов очень большой словарный запас. В том числе в плане ненормативной лексики. Вот я лично так материться не умела даже в самых плохих ситуациях.
— Пришельцы? — выдавил Котопес. — Какого фига?!
Аметист номер два снова застонал, словно бы его пытали.
— Как игрок мог застрять намертво в текстурах?! — шепотом начала спрашивать Рыбу я. — Что вообще тут творится?! Какие пришельцы?! Какая, к чертям собачьим, мать?!
Дамагерша едва заметно улыбнулась одними уголками губ. В обычном состоянии для нее это максимум проявления эмоций. Можно было предположить, что Сакана над чем-то потешается.
— Зачем мать тебя здесь заперла? — спросила она у еще одного Аметиста спокойно и вкрадчиво. |