— Думаешь, я справлюсь?

— Как никто другой. Даже лучше, чем Гиб.

— Ты полагаешь, кто-то попытается помешать перевозке?

Бен уперся локтями в стол.

— Совершенно верно. Где, по-твоему, сейчас Рэй Холлистер?

Усталость все сильнее наваливалась на Майка, и он с трудом заставил себя задуматься над предложением Стоува, предложением столь удивительным, что в него едва ли можно было поверить. Золото само шло к нему в руки. Его даже не надо искать, он получит его в полное распоряжение, правда, под бдительным надзором головорезов Бена. Полмиллиона долларов!.. Это получше, чем десять процентов от той же суммы. Наверняка кое-что будет наличными, а остальное поступит с последующей разработки рудника.

Он стал бы богатым человеком, вольным делать все, что угодно, сам себе хозяин. Конечно, Стоув планирует его убить, но в игре участвуют двое. Что, если он сам убьет Бена? Тогда все золото достанется ему.

Майк посмотрел на управляющего.

— Что ж, Бен, это звучит неплохо. Но утро вечера мудренее, я еще подумаю до завтра.

Он вышел из-за стола и направился к двери, остановившись на секунду по дороге.

— В конце концов, когда еще выпадет случай подзаработать столько денег?

Шевлин уже ушел, а Стоув все еще смотрел на дверь, и в глазах его горела ярость.

— Врешь, грошовой наемник, — процедил он сквозь зубы. — Меня не проведешь! Ну, я тебе покажу!.. Но сначала ты вывезешь для меня золото.

Произнеся всю тираду вслух, Стоув выплеснул переполнявшую его злобу, но ни Клэгг, ни Мерриэм, ни официантка не услышали его. Просидев так несколько минут в одиночестве, Бен еще раз просчитал все возможные варианты. Альтернативы не находилось. Где-то разгуливал Холлистер, рано или поздно его придется убить. Он не уймется и никогда не поймет, что разбит, что у него нет шансов на победу. Холлистер хоть и глуп, но весьма изобретателен в нападении, кроме того, с ним Бэбкок. Если и есть в Рафтере человек, способный переиграть Холлистера, так это Майк Шевлин. А потом он лично его убьет.

Построенная цепочка неожиданно доставила Стоуву глубокое удовлетворение. Он понял, что ненавидит Шевлина и, если уже на то пошло, ненавидел всегда. Майк единственный никогда не признавал его главенства. Гиб с ним считался, а этот…

Над его столиком нависла тень. Стоув запрокинул назад голову и увидел грубоватое, но симпатичное лицо Мерриэма.

— Привет, Клэгг. Садись.

Мерриэм остался стоять.

— Ты весьма рискуешь, Бен, — произнес он ровным голосом. — У Шевлина только одно на уме. Он ищет того, кто Убил Паттерсона.

Стоув пожал плечами, его лицо осталось непроницаемым.

— И что? Нам нужен Шевлин — мы им воспользуемся. А потом о нем позаботимся.

— Кто позаботится?

Бен улыбнулся.

— Я позабочусь. Я оставлю эту привилегию за собой. Тебе же придется участвовать в этом деле.

— Сегодня я получил письмо… от губернатора, — сообщил Мерриэм.

— Не знал, что вы друзья.

— Отнюдь. Мы не друзья. Я помогал ему на выборах. Сделал пожертвование.

— Тогда о чем беспокоиться? Скажи ему, что в Рафтере все в порядке.

— Он лучше знает, поверь мне. А мое пожертвование не играет никакой особой роли. Оно лишь означает поддержку его политики, на него нельзя купить вседозволенность.

Бен чувствовал, что следует быть поосторожней. Мерриэм последнее время стал слишком ранимым. Неужели он испугался? Что его так заело? Хуже всего то, что без Мерриэма ему пока не обойтись, еще немного, но…

— Садись, — предложил он снова, — и не кричи так громко.