Кридмур перестал слушать.

В четыре руки они опустили в могилы трупы, завернутые в белую ткань. Кридмур держал ноги.

— Вот и дело сделано. Следующей, сдается мне, преставится старуха Фрэкшен из южного крыла.

Почему улыбнулся Ренато, было неясно, но во взгляде его чувствовалось любопытство.

— Которая кашляет? Не знаю. Держу пари, старый Рут Басроу проснется однажды утром и обнаружит, что исчез и покинул мир, придуманный им самим.

— Басроу — это тот господин, который уверяет нас, что все мы персонажи его снов? Возмутительно. Помяни мое слово, Ренато, его пристрелят прежде, чем он научится исчезать.

— Держи карман шире, Кокль. Этому возмутительному типу Дух шкуру спасет. Вот, пожалуйста: спорим, что Малыш застрелится до конца года? Если выиграю, тебе неделю стиркой заниматься.

— Ха. Вполне возможно. Вполне возможно. А что скажешь...

— Кридмур.

— Что скажешь о старом генерале? Ему уж точно пора в отставку.

— Мир стал бы лучше, если б в нем вовсе не было генералов. Ты какого имеешь в виду, Кокль? Уточни.

— Ну, ты же понимаешь, о ком я... О старом...

— Кридмур.

— Что?

— Лев Аббан погиб.

— Что?

— Кокль? Что случилось?

— Лев Аббан мертв.

— Не может быть!

— Аббан погиб. Кин мертва.

— Какая еще Кин?

— Ее уже нет. Она была с Аббаном, они готовились....

— Я знаю, кто она. Одна из новеньких. Была... Совсем ребенок. Я знал Аббана тридцать лет, мы с ним вместе многое пережили...

— Он мертв. Кин мертва. Уошберн Вздерни-Их-Повыше выжил, но потерял рассудок из-за шумогенераторов. Пьяница Каффи мертв. Аббан отправил на тот свет больше всего врагов. Пьянице Каффи почти удалось сбежать...

— Кокль? Ты слушаешь? Тебе плохо?

— Какая мне разница, скольких он убил? Они должны были защищать нас на обратном пути. Теперь нам придется идти одним!

— Ты не выживешь один, если возьмешь с собой Генерала. Войска Линии здесь очень сильны. Они двигаются быстрее, чем мы ожидали. Ты слишком долго медлил, Кридмур.

— Я долго медлил? Да пошли вы. Пошли вы все!

— Фэншоу еще жив, он в Гринбэнке. Неподалеку отсюда есть и другие агенты,. Сегодня с наступлением сумерек они отправятся в путь и скоро встретятся с Фэншоу. Наберись терпения.

— Вы мне советуете набраться терпения? Что?!

— Кокль!

— Да! Да... Это все жара. Извини. Я немного...

Он отпустил ноги трупа и зашагал обратно в дом.

А правда заключалась в том, что в Доме он действительно бездельничал, чувствовал себя слишком вольготно, действовал слишком медленно, наслаждался хитроумной загадкой, играми в карты, враньем и симпатичными простушками-медсестрами, а теперь мышеловка захлопнулась. И Кридмур не мог смириться с тем, что в нее угодил.

Он бесшумно прошел по коридорам дома в кухню, взял с полки две бутылки виски.

— Кокль, ты чего это? — удивился повар Сичел.

— Запиши на мой счет. И уйди с дороги.

Ему хотелось отгрызть повару ногу.

Он направился на крышу.

По пути столкнулся с медсестрой Ханной, которая в испуге прижала руку к губам и вскричала:

— Джон, что случилось?

Он окинул ее оценивающим взглядом сверху вниз. Она больше не казалась ему такой красивой и приятной, как раньше. Он прошел мимо, не сказав ни слова.

В коридорах верхних этажей он наткнулся на Магфрида, ручного безумца доктора Альверхайзен, который встал у него на пути, казалось, в таком замешательстве, что не мог отойти в сторону. Кридмуру пришлось собрать все свои силы, чтобы сдержаться и не убить остолопа.