Алекса подошла ближе:

— Джоанна, может быть, поговорим, и вам станет легче?

— Да-да. — Джоанна закрыла глаза и начала массировать виски. — Но, Алекса, я просто не знаю, с чего начать.

— Я думаю, с того, что случилось с Харри Траском двенадцать лет назад.

Джоанна взяла в руки крупный янтарь и прижала к груди, как будто это был какой-то талисман.

— Полиция констатировала несчастный случай. Так оно и было на самом деле. В этот период все время лили дожди. Дороги были мокрые и скользкие. Харри потерял контроль за управлением и вылетел в обрыв. Но его сын такому объяснению не поверил.

— Но сами вы поверили?

— Конечно. — Джоанна сжала янтарь так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Молодой Траск уехал и очень долго не появлялся в Авалоне. Я решила, что он тоже примирился с таким объяснением гибели отца. Потом его фирма начала строить здесь курортный отель. Это означало, что он приедет. И вот он здесь

— И что?

— А то… — Джоанна раскрыла ладонь и пристально вгляделась в камень, — что он здесь, а через несколько дней гибнет Гатри.

— Вы думаете, это сделал Траск? — Алекса подошла еще ближе. — Послушайте, Джоанна. Я клянусь, что вчера весь вечер он был со мной. И мы оба одновременно услышали шум на шоссе.

Джоанна оторвалась от созерцания янтаря.

— Я вам верю.

— В таком случае что же вас волнует?

— В мире так много непостижимого. Особенно здесь, в окрестностях Авалона.

Алекса грустно спросила:

— Вы действительно верите в то, что приезд Траска активизировал здесь какие-то темные силы? И что в этом причина гибели Гатри?

— Не нужно искать никаких сверхъестественных причин. Все зло в мире порождено самими людьми.

— О, с этим я полностью согласна, — смягчилась Алекса. — Насколько можно судить, Дин Гатри был себе самым злейшим врагом.

— Вы правы, — прошептала Джоанна. — Это знают все. Алекса положила руку на плечо Джоанны.

— Скажите, что вас тревожит? Почему вы не хотите, чтобы Траск занимался выяснением обстоятельств гибели своего отца?

— Не знаю. — Джоанна судорожно вздохнула. — В том-то и вся проблема, что я не знаю.

«Это хорошо, что она не верит в отрицательные ауры и вибрации, — думала Алекса. — И все же…»

— Джоанна…

— Вы хотите знать, чего я боюсь? Я скажу. — Джоанна швырнула янтарь на прилавок. — Двенадцать лет назад в ужасной катастрофе погиб человек, которого я любила. Его сын не поверил в случайность этой катастрофы и поклялся отомстить. Причем вполне конкретным людям. И вот теперь этот самый сын появляется здесь, в городе, а буквально через несколько дней гибнет один из тех, кому он угрожал местью. Причем при таких же обстоятельствах, что и его отец. Нет, я не думаю, что это случайность.

— Вы считаете, что Гатри убил Траск?

— Нет.

— В таком случае я вас не понимаю, Джоанна.

— Я хочу, чтобы Траск уехал отсюда как можно скорее, пока не погиб еще кто-нибудь.

Алекса услышала слабый звон. Она посмотрела на руки Джоанны. Они дрожали настолько сильно, что звенели браслеты на ее руке, задевая бирюзово-серебряный браслет на запястье.

— Мне надо принять таблетку, — сказала Джоанна.