«Приведение?» — переспросила я. Она шутит, не так ли?

«У нас проблема с полтергейстом», — пояснила она, словно мимоходом рассказывая мне, что этот дом полон термитов.

«Она всегда была — просто с недавних пор становится хуже. Вот почему каждый из нас так напряжен».

Это действительно объясняло реакцию Сэма на ветку. Он казался озадаченным больше чем просто из-за нелепой случайности. По крайней мере, он не подозревал меня, свою пугающую телекинетическую племянницу, только что объявившуюся из ниоткуда — он лишь подумал, что дело в домашнем приведении. Что за чертовщина происходила со мной? Куда я себя втянула?

В этот момент я обнаружила, что нахожусь в чрезвычайно быстро несущемся автомобиле. Бриджид проезжала улицы на третьей скорости, с визгом тормозов на поворотах, в то время как в поисках чего-то ощупывала отсеки панели управления. Я вцепилась в сиденье.

«Дочь Сары», — промолвила Бриджид, встряхнув головой. «Кто знал?» Она благополучно достала диск и плавно вставила его в стерео-проигрыватель.

«Ты знаешь о моей маме?» — спросила я.

Бриджид кивнула. «На самом деле, никто о ней не разговаривает, но каждый знает».

Ее тон разъяснил мне всё. Моя мама была в центре скандала. Запретная тема. Темное пятно в семейной репутации.

Со скоростью, с которой ехала Бриджид, путь до центра занял всего лишь примерно минуты две. Она подъехала к небольшому заведению, специализирующемуся на блюдах из морепродуктов, под названием «Подкрепись похлебкой».

«Выглядит не очень», — сказала она с улыбкой, «но здесь здорово. Мы пообедаем, затем я покажу тебе город».

«Замечательно», — сказала я, выбираясь наружу. «Звучит супер».

Оказавшись внутри, мы самостоятельно уселись. Местечко оказалось типа старого вагона-ресторана, состоящего из отсеков с пластиковыми столами. Мы стали рассматривать меню, которое преимущественно включало в себя (как я могла бы и догадаться) различного вида похлебки, подаваемые к столу во всех возможных объемах и всеми возможными методами. Если вы не являетесь фанатом похлебок, то это не лучшее место, куда стоит идти. Бриджид порекомендовала мне взять что-то под названием «Похлебка-Н-Чеддер», которую приносят в хлебной чаше.

Поверх меню я увидела, что дверь открылась. В ресторан вошел парень и просмотрел людей за столами. Он был высокий, даже выше Хантера, поэтому я его и заметила. Я опустила меню, чтобы лучше рассмотреть. Его волосы были темные красновато-коричневые с вьющимися прядями длиною с палец. На нем были вельветовые брюки, серая футболка с пентаграммой и классический пиджак из твида. Но по-настоящему привлекло мое внимание его лицо. Оно было таким эмоциональным, с широким ртом и глубокими морщинками от смеха, которые выделялись, когда он улыбался. Что-то поразило меня, когда он вошел. Эмоция, но с электрическим зарядом. В нем было что-то удивительное, незамедлительно мне понравившееся.

Также он чуть-чуть был неуклюж. Когда он заходил, то ухитрился зацепиться пиджаком, из-за чего споткнулся на пути в нашем направлении. Выпрямляясь, он поймал мой взгляд и улыбнулся. Я была потрясена, что он продолжил идти прямо на нас. Сейчас я была способна разглядеть светлые веснушки на верхней части его щек и на носу, а также небольшую вогнутость бровей. Когда он подсел к нам, я знала, что это могло означать только одно — это Чарли, бой-френд Бриджид. Он чмокнул Бриджид. Я попыталась убедить себя, что не расстроилась.

«Это Алиса», — сказала Бриджид, указывая на меня.

«Привет», — сказал он, подтверждая мои подозрения, — «Я Чарли».

«Я писала тебе электронное письмо», — тихо произнесла я.