Что-то ударило по моей перевязанной руке. Я взвизгнула и отпрыгнула. Фонарик вылетел из рук и выключился.

Припала к земле и пошарила вокруг, пока не нашла его. Щелкнула выключателем. Безрезультатно.

Постучала фонариком по колену, но фонарик не работал. Я заморгала и постепенно разглядела разбросанные группки кустарников и корявые стволы деревьев.

— Боишься темноты? — прошептал голос.

Я снова постучала фонариком. Сильнее. Все равно ничего.

— На тебе такая милая красная курточка. Маленькая Красная Шапочка в полном одиночестве в лесу, ночью. Где твой большой серый волк?

По спине пополз холодок.

— Ройс.

— Умница. Жаль, ты не достаточно умна и не знаешь, что происходит с одинокими девочками в лесу ночью.

Я вспомнила девушку с автостоянки, окровавленную и избитую, как она ползла через подлесок, отчаянно пытаясь скрыться от маньяка, но ей перерезали горло, и она истекла кровью в лесу, где ее и похоронили.

Ройс смеялся, гортанно, с большим удовольствием. Он наслаждался моим страхом. Я плюнула в него, сунула фонарик в карман и пошла дальше.

— Знаешь, чью куртку сейчас носишь? Остина. Его лыжная куртка. Цвета крови. Символично, не так ли? Он умер в куртке красного цвета. Кровь, мозги и маленькие кусочки костей.

Я пошла быстрее.

— Когда я увидел, как ты идешь, то на секунду подумал, что это Остин. Но ты на него не похожа. Совсем. Ты хорошенькая, знаешь?

Я пыталась игнорировать его голос, сосредоточиться на стуке шагов, но они были тихими, слишком мягкими. Во всем мире не осталось ничего, кроме темного тихого леса и голоса Ройса. Он материализовался и шел рядом со мной. По коже поползли мурашки, и я подавила желание потереть руки.

— Мне нравятся красивые девушки. И это взаимно. Просто нужно знать, как правильно уговаривать. — Его улыбка мелькнула в темноте. — Хотела бы ты встретиться с одной из моих девочек? Она не далеко отсюда. Крепко спит под слоем листьев и грязи. Можешь ее разбудить, поговорить, спросить, кто я и что с ней сделал. — Он наклонился, шепча мне на ухо: — Или хочешь, чтобы я сам рассказал?

Я немного споткнулась, и он засмеялся. Осмотрелась, пытаясь понять куда идти, но все, что я могла увидеть, это бесконечный черный лес. Ройс снова засмеялся.

— Страшно? Не хорошо для некроманта. Ты расшатаешь нервы задолго до того, как сойдешь с ума.

Я продолжила идти.

— Они предупреждали тебя о безумии?

— Да, твой дядя рассказал мне, как мы все сойдем с ума, как и ты, — мой собственный голос слегка успокоил сердцебиение.

— Я? Я не сошел с ума. Мне просто нравится делать больно. Всегда нравилось. Дядя Тодд просто не хотел этого замечать. Сказал, что щенка Остина переехала машина, а соседскую кошку убили койоты… Ты же знаешь взрослых.

Я пошла быстрее. Ройс не отставал.

— Когда я говорил о безумии, то имел в виду проклятие некромантии. Они ведь рассказывали тебе об этом? Или, быть может, они боятся. Ты такая тонкая штучка.

Я ничего не ответила.

— Видишь ли, после целой жизни с призраками некроманты…

— Мне не интересно.

— Не перебивай. — Его голос стал ледяным.

— Я знаю все о безумии, — солгала я, — так что не тебе рассказывать.

— Ладно, поговорим о девушке. Хочешь узнать, что с ней случилось?

Я свернула налево.

— Уходишь?

В голосе снова проскользнули ледяные нотки. Я сделала три шага, и тут что-то ударило мне в голову.