– Пожалуйста, перестань так часто говорить о твоих обязанностях в качестве моей служащей.

– Я не могу не обращать внимания на эту маленькую деталь, – сказала скованно Фиона. – Ты платишь мне фантастическую зарплату, спасаешь меня из лап кредиторов, поэтому я хочу вернуть тебе долг, выполнив работу хорошо.

– Как твой начальник, – передразнил ее Адриано, почти не скрывая своего гнева, – который платит тебе фантастическую зарплату и спасает тебя от лап страшных кредиторов, я приказываю тебе закончить отделку дома именно так, как ты сама выберешь. Используй свое воображение, а результат оценю я.

Он повернулся и широкими шагами пошел по коридору, покрытому белым плюшевым ковром.

– Тебе вовсе не обязательно пылать так, как будто ты бенгальский огонь на венецианском маскараде, – сказала ему Фиона.

Данное высказывание заставило Адриано остановиться и улыбнуться. Он повернулся к своей гостье лицом и обнаружил, что она не сдвинулась с места.

– А тебе не обязательно занудно повторять о твоем статусе служащей.

Они некоторое время смотрели друг на друга с разных концов коридора. Фиона хотела сказать Адриано, что все, сделанное им ранее, было направленно именно на то, чтобы она не чувствовала себя ничем большим. Но она ничего не сказала. Это заставило бы их маленький мыльный пузырь счастья лопнуть и превратиться в пену. А она хотела продлить жизнь этого пузыря как можно дольше.

Наконец Фиона слегка пожала плечами и сделала шаг вперед.

– Если ты не против моего вкуса, тогда я обставлю твой дом, как если бы он был моим собственным домом, – сказала она.

И была вознаграждена одной из его горячих улыбок.

– Сейчас, я думаю, самое время посмотреть на мою спальню, – пробормотал Адриано, ни на секунду не отводя взгляда от ее приближающейся фигуры. – Это единственная в доме комната, которую полностью обставил я сам.

Он настежь открыл дверь. Здесь не было ничего от безликой красоты предыдущих комнат. Тут все дышало мужественностью. Низкая кровать была покрыта покрывалом глубоких темных тонов, к которому хотелось прикоснуться. Напротив одной стены стоял комод, сделанный из клена, по его поверхности вилась затейливая резьба. Почти весь пол скрывался под огромным чувственно-алым персидским ковром. Тяжелые темно-синие оконные занавеси были последним штрихом в комнате, полной эротизма.

– Тебе нравится? – прошептал Адриано в ее ухо.

Фиона зачарованно кивнула в ответ. Ее поразило, что цвета отделки были здесь каждый на своем месте, в волнующем взаимодействии противоположностей.

– Покрывало сделано из шелка, – сказал он мягко. – Невероятное ощущение для обнаженной кожи. Хочешь попробовать?

Одна мысль об их обнаженных телах, переплетающихся на шелковой поверхности покрывала, заставила ее кожу покрыться мурашками предвкушения. Полный уверенности в ее согласии, Адриано взял Фиону за руку и подвел ее к кровати, оставив ее одну ненадолго для того, чтобы задвинуть занавеси. Комната погрузилась в мягкий полумрак.

– Будуар, – сказала Фиона, когда он зажег свечи, стоящие на комоде. – Таким было твое намерение, когда ты создавал эту комнату?

Адриано кивнул и не стал уточнять, что это был будуар для него одного. Ни одну из женщин он не привозил сюда, предпочитая принимать их в своем пентхаузе в Чикаго. Фиона была первой, но будь он проклят, если она узнает об этом.

Он вернулся к ней и поцеловал ее в подбородок, одновременно вытаскивая полы ее блузки из-под пояса юбки. Издав невольный стон от прикосновения к ее обнаженной груди, он провел большими пальцами по твердеющим соскам и полуприкрыл глаза, пока Фиона стягивала блузку через голову.