Да. Король. Титул был его и… Эйден потряс головой, прерывая мысль. Он не был королем, и не хотел им быть. И точка.

Когда конюшня была вычищена, остальные ребята устало потащились в общагу, чтобы вымыться, переодеться и приготовиться к ужину с новым учителем. Сет отстал, позвав через плечо:

— Эй, Эйд. Ты идешь или как?

Эйден не переставал поражаться, насколько все теперь стало иначе. Всего несколько недель назад этот парень обращался с ним, как с прокаженным.

— Через минуту, — отозвался он. Душевая была всего одна, так что придется ждать. Он лучше проведет это время здесь. К тому же, ему отчасти нравилась мысль пойти на терапию в лошадином дерьме.

Сет задержался. Он уперся руками по обе стороны в дверной косяк конюшни, стоя спиной к Эйдену.

— Можно тебя спросить?

— Конечно, — ответил он, страх закрался в его голос. Он поставил грабли на землю и оперся в длинную тонкую рукоять. — Спрашивай.

— Я слышал, как Шеннон говорил Райдеру, что ты приводишь девчонок к себе в комнату в любое время ночью.

Ладно. Не слишком ужасная тема.

— Только двух девчонок, да.

Сет развернулся, один уголок его губ поднялся вверх.

— Ты встречаешься с обеими?

— Только с одной, но другая тоже занята. — И Райли выпотрошит тебя, если ты подойдешь к ней близко.

— О. — Плечи Сета осели. — Может быть, ты сможешь пригласить других и, не знаю, познакомить нас?

Эйден почти ухмыльнулся.

— На следующей неделе, может быть.

— Да?

— Да. Я знаю девушку. Стефани. Очень милая. И у нее есть четыре подруги, которые, я уверен, тоже хорошенькие. — Нет лучшего способа избавиться от нежелательных встреч, чем навязать их другим парням. — Я еще не знаком с ними, но знаю, тебе они понравятся.

— Было бы здорово. — Сет ухмыльнулся на прощание и ушел размашистым шагом.

— Наконец-то, мы одни, — произнес женский голос за ним.

Эйден резко повернулся, и одна из лошадей заржала. Незнакомая девчонка стояла в конце конюшни. На ней был красный топ и черные облегающие джинсы. Девочки из старшей школы Кроссроудз носили точно такие же каждый день, но на ней это выглядело странно, неуместно и неловко.

Он продолжил изучать ее. У нее были каштановые волосы до плеч, темные глаза со скошенными кверху уголками и бледная кожа. И она улыбалась. Но эта улыбка не была счастливой. Два острых клыка упирались в нижнюю губу, выдавая в ней хищницу.

«Пожалуйста, скажи, что это твое следующее свидание», — произнес Калеб, наконец, соизволив заговорить с Эйденом.

Его следующее свидание? Эйден постарался не застонать.

Она выглядела старше Виктории, как минимум, лет на десять, но он предположил, что она молода по вампирским стандартам. Вампиры старели гораздо, гораздо медленнее, чем люди, и чем старше они становились, тем меньше их кожа могла терпеть яркие лучи солнца, прежде чем начинали возникать волдыри. Виктории было «всего» восемьдесят с чем-то — это сильно веселило его с тех пор, как он однажды поддразнил ее, назвав бабулей Вики — и она все еще могла свободно бродить.

— Вижу, ты смотришь на мою одежду. Стефани сказала нам, что теперь цвета приемлемы, и что ты, собственно говоря, их предпочитаешь. Что скажешь? — Эта новая вампирша покружилась, темный взгляд не отрывался от него, насколько возможно.

— Выглядишь прекрасно, — сказал он, и это была правда. Она была прекрасна. Просто не в его вкусе.

— Как тебя зовут?

— Дрейвен.