— Я здесь. Посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри на меня. — В его голосе звучали слезы, и Эйдену пришлось прочистить горло, чтобы избавиться от растущего в нем комка.

— Эйден, — позвал Дэн. — Ответь мисс Брендал, пожалуйста.

Он просто молча тут сидел? А что она спросила? Ах да.

— Верно. — Он молился, чтобы чувство вины не высветилось на нем неоновой надписью. — Я не проводил много времени с мистером Томасом. — Мне всего-то понадобилось полчаса, чтобы убить его.

«По необходимости», — сказал ему Элайджа, и он моргнул. Обычно души не слышали его мысли. Или Элайджа просто угадал их? Нет, понял он мгновением спустя. Его выдала тема разговора.

«Вот, и мы документально засвидетельствованные засранцы», — сказал Калеб. — «Клянусь, Господь мог создать мир за шесть дней, но мы могли бы сделать это за пять!»

«Это не повод для шуток», — отрезал Джулиан.

«А кто шутит?»

Эйден ненавидел, когда они спорили, но это было намного лучше, чем стишки.

Мэг вернулась с огромной тарелкой, доверху наполненной пирожными. Она предложила Дэну и Брендал на выбор, а потом поставила угощение на середину стола для мальчиков. Все набросились на них, как голодные собаки на мясную кость.

— Теперь, когда мы все расслабились, я бы хотела задать несколько личных вопросов, — сказала Брендал. Она положила пирожное себе на тарелку. — Я хочу приложить все усилия к тому, чтобы мое обучение удовлетворяло ваши потребности. Поэтому я хотела бы знать, что каждый думал о мистере Томасе.

— У нас не было времени узнать его, — сказал Сет.

Брендал была непоколебима.

— Тогда расскажите мне, как вы думаете, что с ним могло случиться.

— Если он пропал, разве вы не расскажете об этом полиции? — спросил Райдер.

Мгновение прошло в тишине, и все же в эти секунды всякое сопротивление, которое испытывали парни, растворилось. До тех пор, пока не была съедена последняя крошка пирожного, они — и даже Дэн с Мэг — размышляли о внезапном исчезновении мужчины. Упомянули похищение инопланетянами, потребность начать все сначала, убийство (Эйден старался не скорчиться) и даже автокатастрофу.

— Скажи ей, что я здесь, Эйден, — сказал Томас без враждебности, впервые за все время с тех пор, как Брендал вошла в комнату. Их глаза встретились. — Пожалуйста.

Он почти сдался. Эта мольба… Я не могу, понял он после обдумывания.

— Ты мне должен. — В голос Томаса вернулась злость.

Эйден покачал головой.

Томас продолжал упорствовать.

— Она могла бы спасти меня.

Чтобы ты убил мою девушку? Нет. Не сейчас. Возможно, после того, как с ведьмами все решится, и только если Томас пообещает отказаться от своей жажды мести королевской семье. А до тех пор никаких сделок. Так что он отвел глаза, по-тихому закончив разговор. Томас снова начал вопить, рычать, топать кругом, и чувство вины снова захлестнуло сердце Эйдена.

— Эйден? — позвал Дэн, привлекая его внимание. — Значит, ты согласен с предложением мисс Брендал?

— Ее предложением? — Он мог только вообразить, чего она хотела. Его голову на серебряной тарелочке? Его сердце в ее любимой коробочке для безделушек? Так как она всех очаровала, Эйден сомневался, что хоть один из них будет раздумывать, угодить ли ей.

Он нашел взглядом лица парней. Они смотрели на него с завистью, за исключением Шеннона и Райдера. Раньше им стоило таких огромных трудов не смотреть друг на друга, но теперь они сцепились в, своего рода, разъяренной борьбе по пристальному вниманию.