Изменить размер шрифта - +
Она засунула оружие в кобуру и протянула руку, чтобы помочь ему подняться.

– Вы убили ее.

– Я сделала то, что должна была. Пожалуйста, не надо рассказывать, что это все еще люди, что они просто больны и заслуживают нашего сострадания.

– Я не собирался этого говорить, – сказал Чжан. – Петрова. Вы должны кое-что знать. Василиск – это прогрессирующая болезнь. – У него закружилась голова. – Поначалу, когда он проникает в жертву, с ним еще можно бороться. Но со временем он забирает все больше и больше разума. Он… превращает в нечто иное. Ту женщину, которую вы только что убили, нельзя было спасти.

– Чжан? Вы хотите сказать…

– Никого на этом корабле нельзя спасти. У них все слишком далеко зашло.

– Но у меня еще есть шанс? Верно? Если мы вылечим меня прямо сейчас? Я смогу вернуться, и все будет хорошо.

– Да. Если сработает.

– Идите внутрь, – велела она, буквально впихивая его в модуль. – Приступайте к работе. Немедленно.

 

56

 

Петрова замерла на пороге медицинского модуля, осматриваясь: следовало убедиться, что внутри не прячется еще один зараженный пассажир. Пока Чжан рылся в контейнерах с медикаментами и запускал диагностические терминалы, она проверила три смотровые койки, каждую из которых прикрывала выдвижная шторка, дабы создать некое подобие уединения. Над каждой кроватью крепились роботизированные руки, готовые выполнить любые манипуляции – от удаления бородавок до нейрохирургической операции. Иными словами, все выглядело как обычный медицинский кабинет в любом городке на Земле.

Убедившись, что внутри никого нет, Петрова нашла панель аварийного доступа, захлопнула люк, а затем зафиксировала ручку. Никто не сможет открыть люк, разве что выбить.

– Что вам нужно для работы? – спросила она Чжана.

– Василиск – это не вирус. Я уже говорил, да? У него даже нет физической формы. С ним нельзя бороться с помощью обычных препаратов. Это паразитическая идея, поэтому нужны менее осязаемые инструменты.

Чжан набрал команду на виртуальной клавиатуре, и над одним из терминалов появился голодисплей с колонками цифр и рисунками абстрактных фигур. Петрова ничего в этом не понимала и остро ощущала, насколько сильно зависит от опыта Чжана. Без него у нее нет ни единого шанса.

– Я должен подумать. Я должен подумать, – забормотал он. – Я должен подумать.

– Думайте быстрее.

Он на мгновение замер, опустив руки.

– Я делал такое на Титане. Ушло слишком много времени, и в итоге я подвел всех. Я могу попробовать повторить процедуру. Но, Петрова, вы должны понять. Я думал, мы найдем здесь Красного Душителя. Это другое, другой организм. Я не знаю. Я просто не знаю, сработает ли мой способ сейчас.

Должно было получиться. Она очень любила свой мозг. Ей очень, очень не хотелось превратиться в одну из тех тварей, которых они видели в коридоре и посреди криохранилища.

– Красный Душитель. Неплохое имя, – сказала она и подумала, что, возможно, если заставит Чжана размышлять вслух, он вдохновится и решит ее проблему. Может быть.

Чжан покачал головой.

– Не я его придумал. Но в названии есть смысл. Пациенты, которые поступали ко мне в клинику… у них были лица, ярко-красные от напряжения, и признаки нарушения дыхательной функции, но ни малейшего намека на повреждение легких или пищевода, ни бактериальной или вирусной инфекции… Физически они были совершенно здоровы. Но не могли дышать. В итоге они просто задохнулись. Без всякого предупреждения.

– Господи. Должно быть, это было ужасно.

Чжан наклонил голову на одну сторону.

Быстрый переход