— Боже! Это я виновата! Это все из-за меня!

— Это несчастный случай, Джина. Некого винить.

— Ты ошибаешься. Я не должна была оставлять ее. — Джина вырвалась из его рук и, обняв себя, начала раскачиваться из стороны в сторону. — Если бы я была дома, этого бы не случилось.

— Ты бы ничего не изменила, калли мои. Ты же говорила, что твоя мама стала слишком непредсказуемой и что ты больше не можешь уследить за ней сама. Поэтому ты приехала попросить у Анджело помощи.

— Я же говорю, это я виновата. Она доверяла только мне, а я бросила ее с незнакомым человеком. Мне нужно домой. Ты должен помочь, Микос. Я должна ехать прямо сейчас.

Заметив, что она дрожит, как осиновый лист, Анджело налил в рюмку коньяка.

— К завтрашнему вечеру ты будешь у постели своей матери, обещаю. Но до утра мы ничего не можем сделать. А сейчас возьми себя в руки, — старик протянул ей напиток. — Выпей, дитя, это поможет успокоить нервы.

На пороге возникли Вула и Димитрий.

— Мы все слышали, — тихо произнесла экономка. — Я позабочусь о Джине, пока вы сделаете все необходимое. Пойдем, кори мои. Я побуду с тобой. — Вула увела Джину.

— Насколько все плохо? — спросил старик Микоса, как только они остались наедине.

— Она в коме. Прогнозы неутешительные.

— О боги! — Анджело закрыл лицо руками. — Неужели я нашел дочь, чтобы потерять ее, не успев замолить грехи?

— Перестань так говорить, Анджело. Ты ведь боец, как и я. И нам предстоит хорошо поработать, так что давай не будем распускать нюни. Наша задача сделать все возможное для Джины и ее матери.

Оба знали, что делать. Неожиданные перелеты постоянно случались в «Эсперусе». Меньше чем через час все было готово к полету. Вула принесла мужчинам бутылку настойки.

— Как Джина? — поинтересовался Микос.

— Спит. Я дала бедняжке молока с медом и таблетку, которую врач порекомендовал при бессоннице. Думаю, ей лучше отдохнуть.

— И тебе тоже, Микос, — вмешался Анджело. — Если ты собираешься везти нас в Афины. Я не хочу, чтобы ты заснул за штурвалом.

— А ты?

— В моем возрасте не нужно много сна. Я посижу у телефона. Вдруг будут новости из Канады.

— Тогда поднимусь в спальню, посмотрю, как там Джина.

Микос тихонько вошел. Посмотрел на заплаканное лицо девушки, разулся и лег рядом. Нет, он бы не смог заснуть, просто ему было необходимо обнять Джину, ощутить тепло ее тела, взять часть ее боли на себя.

Джина спала, но даже во сне она ощутила его присутствие:

— Микос, — сорвалось с губ.

— Я здесь, — прошептал он, целуя ее в затылок. — Я присмотрю за тобой. Все будет хорошо, крисо мои, обещаю.

Все шло по плану. В шесть утра они покинули остров и еще до восьми были в Афинах. Микос приземлился на крышу здания компании Тайроса. Внизу уже ждала машина.

Все это время девушка была как во сне. Микос пытался заставить ее поесть, но она отказывалась.

— Что я могу сделать? — спросил Микос у Анджело, с тревогой наблюдавшего за ними.

— Будь рядом, чтобы поддержать ее. Джина переживает кризис, и мы не в силах этого изменить, Миколас. Все в руках божьих.

Микос будет рядом. Но он боялся, что Джина сломается, и тогда ни его силы, ни его воли может оказаться недостаточно, чтобы она снова обрела душевное равновесие.