— Старой модели? — В голосе Тони сквозило презрение. — Этой развалюхе по крайней мере двадцать лет.

— Возможно, дон Карлос коллекционирует классические автомобили.

Нордические голубые глаза сузились, превратившись в щелки.

— Асиенда завалена старой рухлядью.

— Которая, между прочим, называется антиквариатом.

— Здесь нет ничего ценного, Мегс.

— Возможно, и нет. Но нам предстояло найти место, где мы могли бы остановиться, и дон Карлос предложил превосходное решение, или по крайней мере так казалось в то время. Кроме того, тебе уже следовало знать, что внешность часто бывает обманчива.

— Что верно, черт побери, то верно. — Голос Тони звучал почти свирепо. — Посмотри на себя, моя дорогая.

Она поджала губы.

— Что бы это могло значить?

Тони горел желанием дать ей весьма определенные объяснения:

— Кажется, что ты — истинная леди, а заглянешь чуть поглубже — так сучка насквозь.

Мегс не осталась в долгу:

— И ты, мой дорогой, производишь впечатление исключительного джентльмена, в то время как ты всего-навсего первоклассный ублюдок.

— Знаешь, моя дорогая, мужчина может быть ублюдком и в то же время оставаться настоящим джентльменом.

Раздался стук в дверь.

— Войдите, — отозвалась Мегс.

Это была горничная. Она несла тяжелый серебряный поднос, на котором стояли кофейник, две чайные пары и несколько серебряных тарелок с фруктами и домашним хлебом.

— Завтрак! — объявила девушка с легким поклоном.

Мегс по-испански поблагодарила горничную, зная несколько слов на родном языке девушки.

Едва они снова остались одни, Тони полакомился кусочком сочной папайи.

— Должен сказать, Мегс, обслуживание превосходное и еда тоже.

— По крайней мере не будем голодать, — заметила она; казалось, их спор остался в прошлом.

Все еще жуя и вытирая сок с подбородка чистой льняной салфеткой, Тони произнес:

— Честно говоря, у меня нет ни малейшего представления, куда мы отправимся, покинув остров;

Мегс налила две чашечки кофе и протянула ему одну. Обычно она говорила Тони ровно столько, сколько ему необходимо было знать, и только когда считала нужным. Но и из ее собственных правил бывали исключения.

— Выход находится там, где меньше всего ждешь, — проговорила она с коварной улыбкой.

Он принял чашку кофе и уселся на краешек кровати.

— Какой выход?

Впервые Мегс осенило еще вчера, когда они плыли на пароме из Сент-Томаса. Возможно, наступило самое время испытать ее на прочность со своим партнером.

— Два слова, — загадочно объявила она.

— Какие два слова?

— Джейн Беннет.

Тони заглядывал ей в глаза, желая убедиться, что она говорила действительно серьезно. Похоже, она не шутила.

— При чем здесь Джейн Беннет? — осведомился он.

— Она знает Викторию Сторм. Глубокая морщина залегла между бровями мужчины.

— Многие знают Викторию Сторм.

Мегс буквально на пальцах объясняла ему, что дважды два — четыре.

— Джейн Беннет упомянула, что они были соседками по комнате в колледже.

— А дальше?

— А дальше Тори Сторм — одна из самых богатых молодых женщин Соединенных Штатов.

— Тоже мне новость! Какое это имеет отношение к нам?

Мегс все еще продолжала размышлять вслух:

— Вчера на пароме я наблюдала за нашей знакомой Джейн.