— От твоих так называемых шпионов невероятно мало толку, — бурчал мужчина со злым недовольством на холеном лице. — Если хочешь знать, мы просто впустую тратим деньги, которых не так уж много.

— Мне нет никакого дела до твоего мнения. — Женщина прищелкнула своими пальцами с кроваво-красными, похожими на когти ногтями и сварливо сказала: — Если уж на то пошло, здесь я могу с тобой поспорить, Тони. Поэтому в будущем, пока я не спрошу, ты можешь держать свое мнение при себе.

— О, Мегс, похоже, ты встала сегодня утром не с той ноги? — спросил он язвительным голосом.

— С той ноги я встала утром или нет, не твоего ума дело, — заявила она с отталкивающим выражением на лице, которое люди ошибочно могли считать красивым.

Мужчина потянулся, грубо схватил ее за руку и прижал к своему телу. Грудь женщины была притиснута к его груди, когда он резко провел свободной рукой по ее покрасневшей щеке и шее.

Он угрожающе прошипел:

— Это мы еще посмотрим.

— Если ты не успокоишься, то испортишь весь наш план, и огромные деньги будут выброшены на ветер.

По-видимому, упоминание о деньгах заставило блондина поколебаться. Деньги, очевидно, составляли для него весь смысл жизни.

— Возможно, наши расходы окупятся с лихвой, — сказал он, разжимая руки. — Твои бездарные шпионы снабжают нас именно тем же — бездарной информацией.

— Я заплатила гораздо больше за тебя, достойный Тони Сент-Сир, и присяжным все еще интересно, действительно ли ты стоил тех денег, — сказала она, заманивая его в ловушку.

Лицо мужчины покрылось красными пятнами.

— Это были мои деньги, ты прекрасно знаешь.

— Кажется у тебя удивительно короткая память, когда дело касается денег. Большего от тебя и не жди, — добавила она, отвернувшись. — Во-первых, деньги были моими. Ты забыл о наследстве, оставленном мне моим дедом. Он приблизил к ней свое лицо:

— Меня всегда интересовало, как тебе удалось убедить старика так выгодно выделить тебя в своем завещании по сравнению с остальными внуками.

Она шагнула к нему, сжав кулаки так, что ногти впились в кожу.

— Ты, ублюдок…

— Хотя бы в одном, Мегс, ты совершенно права.

Она остановилась:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты считаешь себя самой умной и хитрой. Так вот, моя дорогая, тебе далеко до непогрешимости. Ты допускаешь-таки ошибки.

— И прекрасно об этом знаю, — вульгарно хмыкнула она. — Я вышла за тебя замуж, не так ли?

Его рука подлетела к ее губам. Было слишком поздно, конечно же.

— Тише, — зашипел он. — Ты хочешь, чтобы тебя кто-нибудь услышал?

Кое-кто уже услышал.

Она оторвала его руку от своего рта и продолжила:

— Что ты все-таки хочешь мне сказать?

— Я не четвертый сын графа, моя сладкая. Женщина побледнела под своим безупречным макияжем.

— Выкладывай, — угрюмо обронила она.

— Ну что ж, я потомок графа в четвертом колене. Но, к несчастью, есть только три законнорожденных сына. Ты не ошибалась в своих подозрениях, я ублюдок во-первых, во-вторых, и во всем остальном. — И здесь мужчина по имени Тони рассмеялся. — Короче говоря, ты купила вовсе не титулованного джентльмена, которого тебе так хотелось заполучить.

— Ах ты сукин сын!

— Именно так. И поверь мне, моя мать была второразрядной шлюхой, даже не первоклассной.