Джейн почувствовала, как тоненькая струйка потекла у нее между лопатками, побежала вниз по спине и обосновалась в маленьком углублении в основании позвоночника.

— Тепло, — обронила она.

— Нет ветра.

Немного помолчав, молодая женщина продолжила:

— И на удивление безлюдно.

— Местные жители слишком умны, чтобы выходить на улицу в самое пекло. У них сиеста.

Это был весь разговор, состоявшийся между ними на пути к месту их назначения, которое оказалось не поддающимся описанию деревянным зданием, бывшим когда-то ярко-красного цвета. Вне всяких сомнений, оно было таким задолго до того, как солнце, ветер и соленые брызги превратили яркую краску в тусклый оттенок лосося. Четыре узкие ступеньки вели к крытой террасе, а надпись на маленькой табличке гласила: «Паршивый лось».

Ее чемоданы были поставлены перед входной дверью.

Джейн протянула двадцатидолларовую бумажку:

— Благодарю вас.

Мужчина поднял руки ладонями вверх и отступил:

— Это бесплатно.

— Но я обещала заплатить вам за причиненное беспокойство, — настаивала женщина. — В конце концов, вам пришлось нести три чемодана, и вы сами убедились в их тяжести. — Здесь она решила схитрить: — Я всегда полагала, что любая достойная работа заслуживает достойной оплаты. — Кроме того, судя по его виду, эти деньги могли ему весьма пригодиться.

Однако мужчина продолжал отказываться:

— Это Рай, леди, а не Реджис-стрит в Нью-Йорке. И на будущее: пять долларов — более чем щедрые чаевые по меркам острова. — Он одарил ее многозначительной улыбкой. — Иначе у мужчины может возникнуть нежелательная мысль.

Джейн выглядела озадаченной:

— Какая еще нежелательная мысль?

— Что вы переплачиваете ему. А вдруг вы его наняли совсем для другой цели?

Рот Джейн Беннет открылся и снова закрылся. Обычно она не лезла за словом в карман, однако теперь не нашлась с ответом.

Разумеется, во всем виновата жара.

Или, возможно, незнакомец. В нем было что-то неуловимое, не поддающееся разгадке. По виду это был обыкновенный бродяга, ни дать ни взять, но Джейн давно уже поняла, что внешность часто бывает обманчива.

— Ваш багаж будет здесь в целости и сохранности. — Он бесцеремонно отсалютовал ей: — Адью!

Джейн Беннет глубоко вздохнула и распахнула убогие двери «Паршивого лося». Стоило переступить порог, как температура воздуха резко снизилась до двадцати градусов.

Необходимость в темных очках отпала сама собой. Она сняла их, дала глазам полминуты привыкнуть к внутреннему освещению и затем осмотрелась по сторонам.

Действительно, как обманчив был внешний фасад!

Внутри «Паршивый лось», казалось, целиком состоял из красного дерева, полированной меди и сверкающей бронзы. Потолок был обит под олово, ничем не отличаясь от натурального. Богато украшенное зеркало, по возрасту не меньше ста лет, висело над стойкой бара. У одной из стен располагался старый автомат для игры в кегли, а напротив — старомодный патефон.

Джейн слышала тихое рокотание вентиляторов над головой, а откуда-то издалека доносилось пение Рэнди Тревиса, утверждавшего, что «все это лишь вопрос времени».

Трое мужчин сидели за столиком в дальнем углу. Они разговаривали приглушенными голосами и потягивали пиво из бутылок. Служащий за стойкой, казалось, был занят мытьем бокалов, а молодая девушка усердно начищала медные перила вокруг стойки.

— Прошу прощения, — сказала Джейн, приближаясь к ней. — Добрый день.

Девушка подняла глаза:

— Добрый день, сеньорита.