Сакс покопалась в папке и нашла записку ведущего следователя по поводу возможных осложнений в деле, адресованную государственному обвинителю. Амелия поднесла ее к глазам Райма.

Стэн!

Есть пара-тройка слабых мест, и ими, возможно, попытается воспользоваться защита.

– Вероятность ложной улики: крошки табака, найденные на месте преступления и в доме подозреваемого, идентичны друг другу; примечательно, что ни он, ни жертва не курили. Я опросил группу захвата и бригаду криминалистов, и все как один утверждают, что не могли обронить эти крошки.

– За исключением крови жертвы, не обнаружено никаких следов, пригодных для идентификации по ДНК.

– У подозреваемого имеется алиби, подтверждаемое свидетелем, видевшим его примерно во время убийства возле своего дома в четырех милях от места преступления. Свидетель – местный бомж, которому подозреваемый время от времени помогал деньгами.

– У него было алиби! – многозначительно заметила Сакс. – Но присяжные, очевидно, не поверили свидетелю.

– А ты что думаешь, Мел? – поинтересовался Райм.

– Остаюсь при своем мнении: слишком уж нарочитые улики.

Пуласки кивнул в знак согласия:

– Лак для волос, мыло, ворсинки, лубрикант – все как на тарелочке!

– Они явно заранее подобраны для того, чтобы играть роль вещественных доказательств, – продолжил Купер. – Обратите внимание на идентификацию по ДНК – это кровь не убийцы на месте преступления, а жертвы в доме подозреваемого. Такую улику сфабриковать много проще.

Райм помолчал, в очередной раз внимательно изучая схемы.

– Однако есть и несовпадения, – снова заметила Сакс. – Пыль, частицы старого картона на ноже – ничего подобного больше нигде не обнаружено.

– И крошки табака, – добавил Райм. – Ни жертва убийства, ни лжеубийца не курили. Значит, их мог обронить истинный преступник.

– А как объяснить кукольный волос? – задал вопрос Пуласки. – Может, у преступника есть дети?

– Повесь-ка на доску вон те фотоснимки! – велел Райм. – Посмотрим, что там.

Полицейские криминалисты, по своему обыкновению, очень добросовестно задокументировали особенности ситуации, сложившейся в квартире жертвы, а также в доме и гараже подозреваемого. Райм углубился в изучение фотографий.

– Кукол нет. Вообще никаких игрушек. Возможно, у действительного убийцы есть дети или он каким-то образом связан с игрушками. А еще курит либо имеет какое-то отношение к табачным изделиям. Так-так, кажется, мы уже что-то нащупали!

– Предлагаю составить описание личности гипотетического преступника. До сих пор мы называли его «мистер Икс», но теперь надо как-то индивидуализировать его… Какое сегодня число?

– Двадцать второе мая, – ответил Пуласки.

– О'кей. Пусть будет неопознанный субъект «5-22». Сакс, ты не могла бы… – Райм кивнул в сторону чистой доски из белого пластика. – Итак, приступим к работе над образом неизвестного преступника.

• Мужчина.

• Предположительно курит либо живет/работает по соседству с курильщиком или с местом, как-то соотносящимся с табачными изделиями.

• Имеет детей либо живет/работает по соседству с ними или с местом, где есть игрушки.

• Интересуется искусством, нумизматикой?

• Пыль.

• Кусочки старого картона.

• Кукольный волос из нейлона 6, BASF-B35.

• Табак от сигареты марки «Тейритон».