|
Как и Кратоз, он был облачен в чёрную боевую броню, отделанную серебром. Над левой рукой и плечом сержанта-пристава была проведена обширная бионическая реконструкция, полностью заменившая конечность, которую он утратил в битве с орками на Дюрасете. Хотя Крисаор всегда утверждал, что протез прекрасно прижился, иногда во время стресса его роботизированные пальцы непроизвольно сжимались и разжимались, как это происходило сейчас. Кратоз снова подумал о том, чтобы отпустить своего подчиненного, но решил не делать этого - в разговоре с тремя Саламандрами лучше иметь хоть какую-то моральную поддержку, чем вообще никакой.
Кратоз возненавидел себя за то, что на мгновение усомнился в своей власти на собственном корабле, и видимо, его кислая мина стала первым, что увидел Ари’й, когда переступил порог зала. Озадаченный и удивленный погребатель остановился в шаге от дверей, чуть склонив голову на бок. Чтобы скрыть свое сиюминутное замешательство, Кратоз поднялся из-за стола и поклонился, прижав правый кулак ко лбу. - Добро пожаловать на борт «Форкиса», мой господин, - произнес он торжественно, после чего выпрямился, радуясь, что искусственные глаза не могли выдать его волнение. Кратоз махнул рукой в сторону пустой скамьи, тянущейся вдоль узкого стола и обращенной к информационным дисплеям. - Мои военные советники, - произнес Ари’й, когда в зал вошли два его спутника. Первый был почти на голову выше любого из присутствующих космодесантников, его напоминающую резной эбен[4] плоть рассекали шрамы, которые занимали почти все открытые участки кожи. Его темно-зелёный доспех был покрыт темно-красными и коричневыми пятнами, напоминавшими засохшую кровь. Поверх брони он носил табард из чешуйчатой шкуры рептилии. - Символист Ака’ула. - Символист? Мне не знакомо это звание, - сказал Кратоз, указав кивком на легионера Саламандр. - Оно главным образом почтительное, - ответил Ака’ула, усаживаясь рядом с Кратозом. - Я был архивариусом. Мое звание соответствует капитану роты. - А это сержант Гема, - продолжил Ари’й, указывая на третьего члена группы. С точки зрения Кратоза, сержант внешне ничем не отличался от своего офицера, за исключением более широких щек. Зато его броня претерпела значительные изменения: основой ей служил старый комплект доспехов III-й модели, снабженный внешним упрочняющим покрытием, дополнительными пластинами и заметно усиленными мышечными системами и пневматикой. - Нравится, друг мой? - с усмешкой произнес Гема. Он поднял руки и повернулся сначала в одну, а затем в другую сторону, чтобы полностью показать Кратозу доспехи. - Пусть меня называют суеверным дураком, но я ни на что не променяю эту броню. До того, как появилась модель четыре, она не раз спасала мне жизнь, и я не смог с ней расстаться. - Впечатляет, - признал Кратоз. - А что насчет внутренних систем? - Полностью усовершенствованы, вплоть до последнего набора автосенсоров и соединительного узла чёрного панциря, друг мой. - Может, ты сможешь ненадолго заглянуть к моим оружейникам, когда текущая ситуация будет успешно разрешена? Уверен, им будет интересно узнать побольше о твоей работе. - Конечно. Что знаю я, стоит знать и вам. - Усевшись, он посмотрел в глаза Кратозу. - Мы ведь на одной стороне, не так ли? Кратоз проигнорировал вопрос и занял свое место. Все это совещание представляло собой ненужную задержку, которой он предпочел бы избежать. Каждая потраченная впустую минута уменьшала шансы на успех их миссии. - Мы сошлись во мнении, что военный комплекс Пожирателей Миров на Престесе должен быть уничтожен. Кажется, ты говорил, что это идеальная цель для нашей следующей миссии. - Ари’й попытался что-то сказать, но Кратоз поднял руку, попросив дать закончить. Претор кивком велел ему продолжать. - Я не хочу использовать против тебя твои же слова, родич, это не входит в мои намерения. Но здесь таится угроза. |
