— Возможно, ты и права, но как быть с сообщениями, которые я ему оставляла?

— Меня это не удивляет. Думаю, он по уши увяз в своей конференции и даже не проверяет сообщения на автоответчике. Это его отвлекает.

— Да… наверное…

— Но я уверена, что он о тебе постоянно думает, Кейт! И мечтает надеть на твой пальчик хорошенькое колечко с бриллиантом. Чем скорее, тем лучше.

— Спасибо, Хелен.

Кейт улыбалась, но слова подруги жгли ее каленым железом.

Брюс был счастлив видеть Кейт в холле офиса. Ругал себя за это, потому что полагалось бы чувствовать себя ужасно, но все равно был счастлив. Нет, работой он дорожил по-прежнему, Джейсона опасался, но Кейт была так прелестна, а вчерашний вечер стал настолько незабываемым… Волны возбуждения прошли по всему телу Брюса, едва он вспомнил минувшую ночь.

За всю свою жизнь Брюс ни разу не состоял с женщинами в таких по-настоящему близких отношениях, как с Кейт. Его девушки были всегда рассудительны и практичны, секс считали чем-то вроде оздоровительных процедур. В этих отношениях всегда отсутствовало… отсутствовала…

Любовь?

За один вечер он переговорил с Кейт о таком, чего о нем не знали даже самые близкие друзья. Это не было тайной, просто никто этим никогда не интересовался. А вот Кейт интересовалась. Вчера они занимались сексом, это правда, но потом опять разговаривали, и это было здорово, ничуть не хуже секса.

Когда Кейт открыла ему дверь, на ней были джинсы и ярко-красный топ со шнуровкой. Волосы свободно струились по плечам, и весь ее вид поверг Брюса в состояние молчаливого и восхищенного обалдения. Он смотрел и не мог насмотреться. Сегодня утром, в футболке и бейсболке с логотипом «Сестриц-Мастериц» она была прелестна, но сейчас — обворожительна и сексуальна.

— Эй! Что с тобой, Брюс?

— Ух… Я… Привет. Прости, но ты выглядишь потрясающе.

— Спасибо.

Она смутилась и даже покраснела в ответ на его комплимент, но теперь Брюс знал, что под внешностью простой и скромной девчонки скрывается очаровательная сирена, способная одним поцелуем вознести мужчину на вершины чувственных наслаждений.

Брюс шагнул вперед, притянул Кейт к себе и нежно коснулся ее губ. Дождался ее ответа, а затем слегка отстранился и прошептал:

— Расскажи, какой лифчик на тебе сегодня?

Она взглянула на него сквозь полуопущенные ресницы. — А ты не хочешь выяснить это сам?

Он ухмыльнулся и оттянул топ с точеного плечика. Бретелька была алой.

— Неплохо. Можно увидеть остальное?

— Прямо сейчас?

— Ты права. Надо поработать.

— Не то, чтобы я старалась охладить твой пыл, но поработать было бы неплохо, тем более, что вчера это не удалось.

— Тогда садись и смотри. За что ты меня целуешь сейчас?

— За все. И за вчера тоже, но особенно за сегодня. Я до смерти боялась, что ты войдешь со словами «мы не имеем права на близость, потому что на карту поставлено слишком многое»…

— Мне казалось, я уже доказал вчера, что самоконтроль в твоем присутствии у меня отключается. Я заранее сдаюсь.

— Мужчина у моих ног и в моей власти?

Звучит заманчиво.

— Имей милосердие, прекрасная дама!

Некоторое время они честно пытались работать, но в конце концов сдались. Эскизы, словно осенние листья, сыпались с журнального столика на ковер, а в тишине гостиной раздавалось прерывистое дыхание, тихие постанывания, да легкий, хрустальный смех.