— Хорошо, что все выяснилось, — примирительно сказала она. — Вы избавили меня от неприятного разговора с хозяином «Флора-студия».

— Считайте, что вы уже с ним поговорили.

— Ах, вот как… — протянула Элис. — То-то я сразу почувствовала, что вы не очень похожи на, как бы это помягче сказать…

— На простого посыльного, — подсказал Грэг.

— Вот именно, — кивнула Элис, — на простого посыльного. Но почему тогда вы сами доставляете заказы? У вас финансовые затруднения?

— Нет, — покачал головой Грэг. — Дела мои идут вполне успешно.

— Тогда почему?

— Просто я люблю смотреть в глаза людям, получающим букеты.

— И что же вы в них видите?

— Разное. Радость, восторг, удивление…

— А что вы увидели в моих глазах? — спросила Элис.

И тут же пожалела об этом. Не надо дразнить спящую собаку. Если Грэг скажет что-нибудь неприличное, она тут же встанет и уйдет.

Грэг не спешил отвечать. Он посмотрел ей в глаза, и от его взгляда по спине Элис опять пробежали мурашки.

— Вам сказать правду или приятно соврать? — наконец спросил Грэг.

— Конечно, правду.

— В ваших глазах я увидел испуг.

— Что за глупости? — Элис даже подпрыгнула на стуле. — С какой стати мне пугаться?

— Вот и я тогда так подумал. С какой стати ей пугаться? А потом я понял.

— И что же вы поняли? — спросила Элис и поджала губы. Она уже была не рада, что завела этот разговор, но остановиться не было сил.

— Я понял, — очень медленно и тихо сказал Грэг, — что в вашей душе царит одиночество и вы боитесь, что кто-то появится и прогонит его. А вы уже сроднились со своим одиночеством и не хотите что-то менять в своей жизни.

Элис схватила салфетку и крепко сжала ее в руке.

— Глупости, — резко произнесла она. — Вы сильно ошибаетесь. Я совсем не одинока. У меня есть любимая работа, хорошие друзья, отличная подруга.

— А любовь?

— А это вас совершенно не касается.

Элис взяла сумочку, собираясь покинуть наглеца, посмевшего затронуть ее личную жизнь. Но тут же вновь отложила ее в сторону.

— Вы мне не рассказали самого главного. — Элис старалась не смотреть Грэгу в глаза, боясь вновь поддаться их обаянию. — Зачем вы мне дарили цветы? И откуда вы меня знаете?

Губы Грэга тронула легкая улыбка, но от ее появления сердце Элис дернулось. Нет, в нем есть что-то притягательное, какая-то нежность и трогательность!

— Как ни банально это прозвучит, но скажу: я вас увидел однажды ночью.

— Во сне, что ли? — хмыкнула Элис. Вот только сказочек про пророческие сны ей и не хватало.

— Почему во сне? — удивился Грэг, а потом, стукнув себя по лбу, добавил: — Вы подумали, что вы мне приснились! Нет, я вас впервые увидел не во сне. Я просто люблю ночные прогулки. Выхожу из дома, когда наступает ночь, и брожу по улицам. А еще я люблю заглядывать в светящиеся окна и представлять, что за люди живут за ними, о чем думают, почему не спят.

Элис заинтересованно посмотрела на Грэга. Он описывает ее собственные мысли. Она ведь тоже любит разглядывать светящиеся окна.

— Однажды ночью я проходил мимо одного дома и заметил на фоне светящегося окна девушку. Она стояла, прижавшись лбом к стеклу, и казалась бесконечно одинокой и несчастной.