– Да. Он был на ней вчера вечером.

– Кто-нибудь может это подтвердить? Миссис Рипер? Мистер Рипер?

– Уверена, что никогда его не видела, – сказала Мелитта.

– Я тоже, – подтвердил Дэн, озираясь, словно в удивлении. – Странно. Такую вещь, да еще с надписью, нельзя не заметить. Ты полагаешь, она купила браслет уже в Англии?

Хэдли метнул взгляд на доктора Фелла. Тот проигнорировал его.

– Вряд ли подобную вещь можно приобрести в Дорсете и даже в Лондоне, как говорит доктор. Однако! Она надела его вчера вечером, когда была в театре?

– Да, – холодно сказала Франсин, заставляя своим тоном усомниться в своей правдивости. – Может, остальные его не заметили, потому что она все время была в меховом манто. Но я видела его перед театром. Я…

– Мы не сомневаемся, мисс Форбс, что вы говорите правду, – сказал Хэдли таким тоном, словно желал уколоть ее. – Когда вы его видели?

– До театра. Как раз перед тем, как уходили обедать. Я зашла к ней, чтобы спросить, собирается ли она надеть в театр вечернее платье.

– В какое время это было?

– Около семи вечера.

– Продолжайте, пожалуйста.

– Она сказала, что слишком устала для этого. И еще сказала, что не пошла бы в театр, но не хотела отставать от компании, сказала, что считает это неприличным. – Франсин замолкла. Темно-карие глаза под удлиненными веками, которые придавали такую живость ее белоснежному лицу, сверкнули в сторону Хэдли, словно раздумывая. – Она сказала…

– Минутку. Она сказала, что не хотела отставать от компании. Значит, она была встревожена или напугана?

– Нет, я так не думаю. Ее не так просто напугать. – Опять возникла пауза. Франсин говорила так бесстрастно, что Кент удивился. – Когда я к ней вошла, ее дорожный сундук был открыт, но еще не распакован. Она сказала, что займется этим после театра. Она стояла перед туалетным столиком и рассматривала этот браслет на руке у себя. Я от восхищения сначала слова не могла сказать. Я спросила, не новая ли это покупка. Она сказала «да» и добавила: «Если со мной что-нибудь случится, чего я вовсе не ожидаю, возьми его себе».

Хэдли скользнул по ней быстрым взглядом:

– Она была вашей близкой подругой?

– Нет. Я даже не уверена, что нравилась ей. Но, думаю, она мне доверяла.

Для Франсин это было странным замечанием. Очевидно, так же показалось и Мелитте с Дэном, потому что они начали перешептываться.

– Что-нибудь еще, мисс Форбс?

– Ну, она очень строго на меня посмотрела и спросила, приходилось ли мне видеть что-нибудь в этом роде. «Нет, конечно», – сказала я и стала рассматривать браслет более внимательно. Я спросила у нее, имеет ли надпись на нем какой-то смысл, то есть личный смысл. И она ответила: «Только если человек способен ее прочитать. В этом-то и заключается ее смысл».

И снова Хэдли посмотрел на доктора Фелла. Тот казался заинтригованным и сардонически улыбался.

– «Только если человек способен ее прочитать. В этом-то и заключается ее смысл»… – пробормотал Хэдли. – Постойте! Вы хотите сказать, что эта латинская надпись представляет собой какую-то загадку или шифр? Господи, неужели нам и так недостаточно…

– Осторожнее, Хэдли, – предостерег доктор Фелл. – Я в этом очень сомневаюсь. Еще что-нибудь, мисс Форбс?

– Нет, это все.