Глаза Роланда забегали, оценивая обстановку на случай боя, но, благодаря Селене, точнее, письму — пропуску Райнхарда, все обошлось. Едва Жанна ознакомилась с подписью архиепископа на этой бумаге, как ее внимание к Роланду и Кире угасло.

— Кажется, я догадываюсь об обстоятельствах какого дела вам необходимо сообщить его преосвященству, — медленно сказала Жанна.

Она аккуратно сложила письмо и вернула его Селене.

— Простите, Жанна, но я не могу вам ничего рассказать, — потупив взор, сказала Селена. — Папа говорил, что это дело должно быть изложено лично архиепископу.

— Все верно, девочка, я и не собираюсь расспрашивать тебя. Тем более что я догадываюсь о том, что произошло в Лангбурге. Иначе бы твой отец не отправил столь нежное создание в такую дальнюю и опасную дорогу. Представляю, как тяжело тебе пришлось.

Селена зарделась.

— К счастью у меня есть надежный спутник и товарищ, который во всем поддерживает меня и помогает, — прошептала она.

— Карнелиец-то? — Жанна усмехнулась. — Сталкивалась я с такими. Карнелийцы, конечно, воины отменные, и денег своих стоят. Но вот в вопросах веры они, милая моя, не столь надежны. А их речи порой попахивают опасной ересью.

Жанна бросила пронзительный взгляд на Роланда, который карнелиец хоть и с трудом, но все-таки выдержал.

— Селена, может быть мне выделить десяток крестоносцев вам в охрану? — осведомилась Жанна. — Ныне тяжелые времена. Пока мы, не щадя сил, сражались с полчищами Измененных на границах Сумрачного Леса, эти проклятые исчадия Ада обосновались у самого сердца Армании! Ты не поверишь, но здесь, в нескольких днях пути от Лирнского собора проживало два десятка неко и инуров, и никто — ни мэр, ни священник палец о палец не ударили! Жаль, им удалось скрыться перед моим появлением, иначе здесь бы уже полыхало несколько костров. Самое ужасное, что такое попущение этим дьявольским выродкам творится повсеместно. Надеюсь, хотя бы в твоей деревне нравы пали не так низко?

— Лангбург находится далеко от Сумрачного Леса, — ответила Селена. — У нас об Измененных знают в основном понаслышке.

— Завидую. Хотела бы я жить в такой милой, маленькой деревушке, но... Кто-то должен очищать землю от скверны! Впрочем, дорогая Селена, могу обещать, что очень скоро многое изменится в Армании. Да ты, наверное, слышала о том, что через два месяца состоится Вселенский Церковный собор, на котором, как я полагаю, его преосвященство, архиепископ Лирнский будет избран Главой Церкви и, скорее всего, с этого времени он будет называться Папа Лирнский. Впрочем, суть не в названии. Главное...

Жанна взяла Селену под руку и отвела ее в сторону.

— Хочу поделиться с тобой радостным известием, — с улыбкой сообщила она. — Первым же эдиктом будет объявлен Крестовый поход против Измененных, этих богопротивных тварей! И уже никому, слышишь, никому не удастся остаться в стороне! Обещаю, очень скоро костры заполыхают по всему миру!

Селена содрогнулась под горящим взглядом Жанны.

— Но... — она попыталась возразить, но Жанна перебила ее.

— Как же их собственные правители, спрашиваешь? — Жанна скривилась. — Церковь и орден Святой Инквизиции будут превыше светской власти, вот увидишь. Мы станем той объединяющей силой, которая сплотит все государства в единый кулак и везде наведет железный порядок. И я не завидую тем правителям, кто встанет у нас на пути! На этот раз каждый будет поставлен перед выбором.