|
– До начала суток двадцать восьмого осталось восемь часов двадцать три минуты. Времени на подготовку у нас более чем достаточно.
– Как и у немцев. Вопрос – какой транспорт они будут использовать, чтобы доставить Евдокимова к самолету? – спросил Воротынский. – Лейтенант, свежую сводку по угонам автотранспорта в Москве, Московской и Тверской областях срочно мне на стол!
– За прошедшие сутки?
– Нет, за последние пять часов. О всех случаях угонов автотранспорта докладывать мне каждый час!
– Есть, – козырнул лейтенант и вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.
– Что по матери нашей неуловимой спортсменки, то бишь Юлии Матвеевой? – спросил Бородин.
– Наша группа по месту жительства и работы Матвеевой уже выехала. Ждем результатов.
«Совершенно секретно.
Во исполнение частичного изменения приказа НКВД СССР № 0016 от 11 января 1945 года
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Уполномоченным НКВД СССР по фронтам впредь по мере продвижения частей Красной армии на территории, освобождаемой от войск противника, при проведении чекистских мероприятий, обеспечивающих очистку тыла действующих частей Красной армии от вражеских элементов, подвергать аресту:
а) шпионско-диверсионную и террористическую агентуру германских разведывательных органов;
б) участников всех организаций и групп, оставленных немецким командованием и разведывательными органами противника для подрывной работы в тылу Красной армии;
в) содержателей нелегальных радиостанций, складов оружия, подпольных типографий, изымая при этом материально-технические базы, предназначенные для вражеской работы;
г) активных членов национал-социалистической партии;
д) областных, городских и районных руководителей фашистских молодежных организаций;
е) сотрудников гестапо, СД и других немецких карательных органов;
ж) руководителей областных, городских и районных административных органов, а также редакторов газет, журналов и авторов антисоветских изданий.
2. Уничтожать на месте преступления, в соответствии с приказом НКВД СССР № 0061 от 6 февраля 1945 года, лиц, уличенных в совершении террористических актов и диверсий.
3. Командно-политический и рядовой состав армии противника, а также военизированных организаций, «Фольксштурм», «СС», «СА», а также личный состав тюрем, концлагерей, военных комендатур, органов военной прокуратуры и суда направлять в лагеря для военнопленных НКВД СССР в установленном порядке.
4. Командный и рядовой состав т. н. Русской освободительной армии направлять в проверочно-фильтрационные лагеря НКВД СССР.
5. Прекратить отправку в СССР лиц, арестованных в порядке очистки тылов действующих частей Красной армии.
Установить, что вывоз в СССР отдельных арестованных, представляющих оперативный интерес, может быть произведен с санкции НКВД СССР.
Москва, внутренняя тюрьма НКВД, июль 1941 г.
Следователь все не возвращался, и Вера незаметно для себя заснула, прямо сидя на табуретке. Из состояния полузабытья ее вывел окрик капитана:
– Не спать!
Девушка разлепила воспаленные, нестерпимо болевшие веки, стараясь смотреть хоть немного в сторону от яркого света настольной лампы, бившей прямо в глаза.
– Итак, ты подумала над моим предложением?
– Мне нечего вам сказать, – снова пролепетала девушка, закрывая глаза.
– Дежурный! – крикнул следователь в сторону двери. – Вызовите машину и доставьте задержанную в Бутырскую тюрьму! А с тобой, – противно усмехнулся следователь, в упор глядя на Веру, – я завтра поговорю. |