— Значит, ты будешь жить так, как жил раньше? Со связанными крыльями и подвергнутый пыткам до конца жизни? Чушь собачья. Разве нет другого выхода?

Разр пожал плечами, не в состоянии придумать другой способ.

— Я мог бы признаться, но тогда ты окажешься под угрозой. Даже если меня не казнят, отдадут кольцо кому-то другому, который будет охотиться на тебя и твою сестру. — Проклятье, он в такой жопе. — Нет, думаю, лучше не говорить им. Как я убедился, камни потеряны и их никогда не найти.

Она открыла рот, чтобы начать спор, но зазвонил телефон.

— Погоди, — строго сказала она, напоминая одного из его учителей. — Мы не закончили разговор.

Когда она ответила на звонок, Разр стал обдумывать следующий шаг. Им нужно избавиться от Шрайка, как для безопасности Джедды, так и для того, чтобы убедиться, что интерес падшего ангела к камням Еноха стал угасать и, если повезёт, иссякнет совсем.

Может если она…

Разр согнулся от агонии настолько сильной, что глаза налились кровью, а живот словно пронзили сотни копий. Стиснув зубы, Разр проверил тыльную сторону ладони и, конечно же, символ аздай светился, как неоновый грёбаный знак. Дни, свободные от боли, обрушились на него разом.

— Разр?

Он услышал, как Джедда уронила телефон, а затем оказалась рядом с ним, обнимая за талию, и помогая ему лечь на диван.

— Нужно… отправиться… к… Азаготу, — прохрипел он. — Скорее. — Хэрроугейт недалеко, всего в квартале от дома, но теперь он казался сотней миль. Джедда повела его к двери, легко поддерживая тяжёлое тело, когда Разр опирался на неё из-за спазмов боли. Даже сквозь жгучую агонию, он восхитился её силой и решимостью. Его всегда привлекали спортивные женщины, такие как Дарла, и он рано понял, что не нужно быть крупным и мускулистым, чтобы быть воином.

Крепко держа его за талию одной рукой, она дёрнула дверь другой.

— Чёрт, — и потянула ещё, в этот раз сильнее, но дверь не открылась.

— Она… заперта? — спрашивая, он чувствовал себя глупцом, но иногда упускалось самое очевидное.

К счастью, она не обиделась, просто покачала головой.

— И не заела. Больше похоже… — Она выругалась. — Оставайся здесь.

Будто он мог куда-то пойти. Кости больше походили на желе и мускулы — тряпкой. Когда она аккуратно отпустила его, он опёрся на стену. Джедда заторопилась к окну и произнесла несколько гневных слов, скорее всего, на эльфийском. А ещё, скорее всего, это были ругательства.

— Мы в ловушке.

Из груди вырвался стон.

— В ловушке?

— Прихвостни Шрайка. Там их с десяток. Должно быть, они ждали, когда я вернусь, и поймали нас в заколдованную ловушку.

Каждый вздох теперь обжигал.

— Ты… можешь… переправить нас… ах… в Ривердейл?

— Филнешара. — В воздухе появилась алмазная пыль, не дающая наполнить воздухом и без того ноющие лёгкие, и он понял, что они в беде. — Камни для путешествий работают только на феястрадах. — Её голос был пронизан тревогой, и он не мог винить её. Но сейчас не время паниковать. Как он говорил своим ученикам мемитимам, продолжайте действовать. Неважно, в каком вы дерьме, делайте что-нибудь, что угодно, чтобы оставаться сосредоточенными.

— Карман, — выдохнул он. — У меня в кармане.

Она быстро проверила карманы его куртки и нашла плётку. Которую тут же с шипением кинула на пол.

— Ты ведь не серьёзно. Разр, я не могу. Не заставляй меня.

Он вдохнул, ощутив относительно лёгкую волну боли, и выпрямился.